И действовать быстро. Пускай ему и досталось скверное задание — охмурять чужих женщин, но он — солдат. А значит, примет задачу без жалоб и выполнит её до конца.

* * *На шум в детскую влетают гвардейцы. Двери чуть не выносят с петель. Топот, стволы наизготовку.

Вообще, парни правильно поступают. Хотя я и сказал диспетчеру, что сам разберусь с домушником, но не добавлял, что это произойдёт в детской. Получается, диспетчер был начеку, и когда произошло столкновение внутри дома, сразу же подал тревогу. В общем, протокол безопасности безукоризненно соблюдён.

Одновременно раздаётся паническое:

— Караул! Нападение!

Это, конечно же, Шерхан.

Кто бы сомневался. Наш домашний тигр, как всегда, цитирует киношную чушь, врываясь с оскаленной мордой. Но вообще — молодец, что не отсиживается.

Следом появляется Камила в воздушном доспехе. Глаза настороженные, по стройному телу струятся воздушные вихри: брюнетка пришла выносить нападавших, а не спрашивать, что случилось.

Хм. Ну, мило, конечно. Хотя, вообще-то, жена могла бы и дать поработать гвардии. Впрочем, кому-кому, а уж точно не мне её судить — я сам регулярно лезу в пекло один и предотвращаю то межгосударственные, то межродовые конфликты.

Но у меня, между прочим, уважительная причина есть: так меньше потерь с нашей стороны. Да и те же боеприпасы денег стоят. А я их не только сохраняю, но и, так сказать, преумножаю — как это было, например, с вульфонгами: «Смерч», «Грады», миномёты… и ещё кое-что по мелочи.

Я сразу поднимаю ладонь, обрывая их переполошённый порыв:

— Всё в порядке. Отбой тревоги.

Поворачиваюсь ко всем, кто ещё не опустил оружие, и выдыхаю раздражённо:

— Успокойтесь и опустите громобои. Ещё не хватало, чтобы вы детскую спалили к чертям! Тут, между прочим, свежий ремонт.

Света сама цвета подбирала, дизайн выстраивала — вон, с палитрой по ночам носилась. Она мне об этом весь мозг прожужжала через мыслеречь. Это надо беречь.

Камила осматривается, вздыхает с облегчением и отключает броню. Доспех тает, как иней на солнце, обнажая её стройную фигуру в розовом халатике, а под ним проглядывается эротичная ночнушка. Похоже, меня на ночь ждала.

Она сразу бросается ко мне, глаза цепляются за тёмное пятно на животе.

— Даня, у тебя кровь!

Я отмахиваюсь:

— Пустяки.

Всё подлечено.

На самом деле — почти. Заживление мягких тканей я ускорил, но Целитель всё же не помешал бы. У меня в Легионе хватает геномантов с приличной регенерацией, но целительская магия — это немного другое, и она никогда не лишняя.

— Светка у себя? — уточняю, прикидывая, сколько крови заляпало и можно ли её удалить без астральной чистки.

— Ага, с ней Гепара, — машет рукой Камила.

— До уборки сюда пусть не заходит, — предупреждаю. — Не хватало, чтобы она увидела в детской всю эту натюрмортность.