Потеря магии все еще не изучена до конца, каждый случай индивидуален, а ваш случай — первый не только в моей практике, но и в практике целителей в целом. У других пациентов фамильяры пропадали вместе с магией, ваш же приобрёл еще две сущности. Уже это ставит то, что мы знаем, под сомнение.

В душе я только посмеялся над этим утверждением. Фамильяр у меня появился благодаря Элизабет. Когда она была моим целителем, до потери зрения, пыталась влить в меня немного магии. Тот случай чуть не привел ее к магическому истощению.

Изначально мы подумали, что результатов нет.

Но на следующий день появился мой фамильяр. Так как ритуал, проведенный Элизабет, был незаконным, мы не сказали о нем. Пришлось сообщить, что фамильяр вернулся самостоятельно, в то время как это была помощь Элизабет.

Именно поэтому мой фамильяр не был исключением. Его вызвала Элизабет ритуалом, который никто не согласится провести вновь.

— Этот месяц был насыщенным, но все же сложно говорить об эмоциональных потрясениях. Если только после темницы, но никак не до нее.

Возможно, за соответствующий повод Лэджи принял мое заключение.

Но ведь я указал в письме, что проявления были до заключения.

Я скучающе посмотрел на трость. Возможно, Лэджи прав, и все это проделки фамильяра, ведь в нем была своя магия, может, он проявил ее подобным образом.

— Вы связываете странные перемены с появлением невесты, — вспомнил Лэджи. — Думаю, именно она и является для вас сильным эмоциональным потрясением. Если это действительно была магия, может, вас исцеляет любовь?

От последней фразы я застыл и посмотрел на Лэджи. Целитель казался крайне спокойным, в то время как у меня внутри все мысли смешались.

«Любовь?»

— Я что, люблю Элеонору? — спросил я. Глаза Лэджи расширились от удивления.

— Ваша светлость, думаю, я не могу дать ответ на этот вопрос. Вам определенно виднее.

Лэджи тряхнул плечами, явно чувствуя неловкость."

"— Но я не могу любить, у меня ведь толком нет эмоций, — сказал я, пытаясь то ли опровергнуть эту теорию, то ли дождаться обратных утверждений от Лэджи.

— Но некоторые эмоции у вас остались. До этого вы говорили, что часто испытываете скуку и злитесь. Злость была самым сильным чувством, мы уже делали предположение, что некоторые сильные чувства в вас притупились, но не исчезли полностью.

Любовь — это сильное чувство.

Последнюю фразу Лэджи добавил, присев в кресло.

Я откинулся на софу и вздохнул.

— Это всего лишь предположение, — добавил он.

Но ход моих мыслей уже сложно было остановить.

Любовь?

В голове начали оживать образы и воспоминания. За незначительное время у нас с Элеонорой была весьма интересная история. Наши отношения были полны событий, и леди Фокс зачастую удивляла меня.