Даже деньги предлагали, прикинь?! А на что мне-то их бабки, если своих дохрена?

Семен кажется оскорбленным и взбудораженным, я же в полнейшем шоке перевариваю полученную информацию.

— Эй, ты тут?

— Да, Семен, я просто пытаюсь это все осознать. Блин, но какого черта?! Как можно быть такими ебанутыми на всю голову?

— Хах, я тоже выпал в осадок. Еще и Ваня начала истерить, словно Дубов вот-вот кони двинет, я ее еле отцепил от него, пока она еще больше не навредила. Все-таки, сумасшедшая она девчонка! Красивая, но слишком безбашенная. Я ее даже опасаться начал.

— Ну, наконец-то до тебя дошло! Семен, мне нужны все подробности, слышишь? Ты не можешь бросить мне такую бомбу и отделаться кратким пересказом.

Впервые радуюсь, что путь от кладбища до дома неблизкий, так что друг успевает мне в красках расписать вчерашние события. Оказывается, персонал больницы в полицию сообщил и именно из-за этого возникли проблемы у горе-свидетеля Акинчева. Отсюда и его отсутствие на парах сегодня. Когда такси подъезжает к моему дому, Семен как раз заканчивает свой рассказ и попрощавшись с ним, я отключаюсь и иду домой.

Черт, наверняка Кир уже дома! Голодный, потому что ужин я прогуляла. Надо бы заказать доставку.

«Ты дура, Ася! Даже если он не виноват в травмах Феда, то он все равно мерзкий козел, который унижает тебя! Какого черта ты о нем беспокоишься?!»

— Где ты была? — встречает меня хмурый брат прямо у порога.

— У мамы, — говорю правду, проходя мимо него на кухню. В раковине грязная посуда, а на столе контейнеры из любимого ресторана брата. — Не мог убрать за собой?

— Зачем, если для этого у меня есть ты? — ухмыляется он, упираясь ладонями о косяк двери и перекрывая выход своей массивной фигурой.

— Я тебе не прислуга! — огрызаюсь зло. — И вообще, почему ты продолжаешь жить здесь, раз так меня ненавидишь? Ты давно совершеннолетний, у тебя есть твое наследство и доля в бизнесе! Разве тебе не хочется, как твоим дружкам, жить отдельно и делать, что угодно на своей собственной территории?

— Ну, тогда мне придется нанимать домработницу и повара, а зачем, опять-таки, если тут есть готовая ты, которая и убирается, и готовит?

Ух, это уже слишком! Я настолько разъярена его шовинисткой точкой зрения, что беру первый попавшийся контейнер и запускаю им в него, попадая прямо в грудь. Отскочивший на пол контейнер раскрывается, а его содержимое пачкает кафельный пол и кухонные шкафчики.

— Это была твоя паста, — с деланным сожалением вздыхает Кир, ноги которого тоже забрызганы соусом. — Теперь мало того, что осталась без ужина, так еще и уборкой придется заняться.