Я моргаю пару раз, не веря, что он требует именно этого. После того как отхлестал меня словами и делал вид, будто я его ни капельки не волную.

— Подними своё платье и покажи мне.

Я раздумываю пару секунд. Наверняка я буду выглядеть, как посмешище, выполняя его требование. Вдруг это всего лишь ещё один способ оттолкнуть меня? Но моё тело покоряется порочному приказу. Я раздвигаю ноги, тяну подол платья, задирая его вверх по обнаженным бедрам.

— Хотите увидеть мои влажные трусики, мистер Коэн? — облизываю пересохшие губы. — Сэр?..

Он выдыхает шумно, стиснув зубы. В этот момент я ощущаю нашу порочную и сладкую связь особенно сильно. Я таю от его власти надо мной и в то же время понимаю — узел затягивается с обеих сторон. Он тоже хочет меня и сжигает тьмой горящего взгляда. Я наслаждаюсь моментом.

Я хочу стать для него всем. Хочу быть его грязной девочкой.

— …Ты хочешь убедиться, что всякий раз, когда я смотрю на тебя, мои трусики готовы раствориться от обилия влаги? — тихо шепчу я, едва дыша.

Я задыхаюсь от возбуждения. Оно снова овладело моим телом, вплоть до самых кончиков пальцев. И чем грязнее наши разговорчики, тем больше влаги выплёскивает на моё бельё. Дэвид взрослый, опытный. Иногда я боюсь показаться глупой и несмышлёной. Я опасаюсь, что он просто смеётся в глубине души над моими попытками соблазнить его.

Но потом я снова смотрю в его прекрасные глаза и черпаю в них уверенность. Я вижу, как он с трудом сдерживается, чтобы не наброситься на меня. Его взгляд становится жёстким и твёрдым. Он уже трахает меня им. Я могу только поддаться его зову.

Поэтому выполняю приказ, смакуя каждое мгновение нашего порочного единения. Я задираю подол платья. Мои трусики настолько крохотные, что едва скрывают возбуждённые и набухшие складочки. Я обнажаюсь не только перед Дэвидом Коэном, но и перед деканом. Меня возбуждает то, что он — декан. Профессор. Сейчас этот профессор хочет проверить не то, как хорошо я усвоила его лекции, он грезит о другом и требует это.

Я просовываю палец под резинку и медленно стягиваю белье вниз, показывая Дэвиду потемневшее влажное пятно внутри.

— Какая мокрая девочка, — хрипло рычит Дэвид. — И очень грязная… Ты же грязная, малышка?

От его голоса все мое тело сотрясается дрожью, словно от электрического разряда.

— Я ваша грязная малышка, мистер Коэн, — выдыхаю я. — Я буду вашей, если пожелаете, сэр…

Я раскатываю букву «р» на язычке, и он стонет, полыхнув взглядом.

— Блять, я хотел бы сдержаться, — шепчет он. — Я правда хочу удержаться от этого соблазна. Ведь твой отец — мой лучший друг. Знаешь, что он сказал? Что пристрелит любого мудака, осмелившегося нырнуть в твои трусики.

— Да, но я не только его дочь, Дэйв. Я ещё и девушка.