Мы занимаемся сексом без прикосновений и слов, полностью растворившись в этих ощущениях – он внутри меня, растягивает меня. Наполняет меня.

Мы кончаем во второй раз, и я падаю ему на грудь. Он отодвигает волосы с моего лица и поворачивает мою голову так, чтобы поднести свои губы к моим.

– Я хочу дать тебе то, что тебе нужно, – шепчет он. – Ты останешься со мной.

Это последнее, что я слышу, прежде чем мои глаза закрываются и я засыпаю.

* * *Проснувшись посреди ночи, мы с Мэддоком обнаружили, что машина припаркована возле домика для вечеринок. Мы незаметно проскочили внутрь – я в его свитере, потому что всю мою одежду он разорвал.

Оказавшись в его комнате на втором этаже, мы сразу же вырубились.

К счастью, он сумел достать для меня старые штаны Ройса с веревкой на поясе и какую-то футболку. Мы спустились вниз, чтобы поесть вместе с теми, кому было позволено остаться после вечеринки, которая, по всей видимости, проходила здесь прошлым вечером.

На кухне Кэп тискает какую-то девчонку, вызвавшуюся помочь ему готовить, а еще одна приблудная цыпочка сидит у Ройса на коленях. Я знаю, что вчера ее с ним не было, так как Мэддок сказал мне, что тот был в постели один, когда он зашел к нему за одеждой.

Я не могу удержаться от улыбки при виде нелепости этой картины.

Все то время, что я была с ними, они были на взводе, пытаясь выяснить, где я и что делаю. Они постоянно были в напряжении.

А теперь эта сцена – они будто вернулись к ролям, что играли до меня, полностью расслабились и отпустили себя, послав к черту весь мир в типичной манере Брейшо – свободных, похотливых парней.

Ну, по крайней мере, Ройс, чья рука то и дело таинственным образом исчезает под столом.

Девица кормит его, но то и дело замирает, дрожа и сжимая губы.

На четвертый или пятый раз я начинаю смеяться, и он таращится на меня.

– Серьезно? – я приподнимаю бровь.

Он хмурится, но потом подмигивает мне и что-то шепчет ей на ухо.

Мэддок пронизывает меня сердитым взглядом, но я, продолжая смеяться, повожу плечом, в то время как она пытается подавить стон.

Я придвигаюсь к Мэддоку и говорю так, чтобы слышал только он:

– Как насчет того, чтобы устроить соревнование, здоровяк? Давай на этот раз прямо на столе, чтобы все видели?

Его взгляд становится еще более свирепым, и я громко хохочу.

Конечно же, я пошутила, и он это знает.

Примерно через час всех выставляют вон, и прибывает команда уборщиков.

Мы выходим на крыльцо, чтобы подождать, пока они закончат.

– Эй, а что случилось с охранниками со складов? Которых мы встретили ночью, когда вы пошли за мной?

– Которые хотели попользоваться тобой? – приподнимает бровь Кэп.

– Ага, с ними.

– Мы посадили их на автобус в никуда на следующий же день. – Он смеривает меня взглядом.

– В смысле… – я провожу пальцем поперек горла.