Но самое главное — глаза, проблемы с нервом… В общем, там сложно объяснить, да тебе и не нужно это. Консервативным лечением справиться не удалось, мне делали операцию в столице. Через знакомых тети и, конечно, за деньги. Мы отдали почти всё, что у нас было. Сейчас должно пройти время, и мне нужно будет снова ехать туда по вопросу уже второй окончательной операции. Правда, я не знаю, как это всё теперь…

Я не мог молчать.

— Лик, я помогу тебе во всём! Если нужно, мы достанем деньги.

Анжелика повернулась ко мне резко.

— Зачем тебе это?

Она опустила голову. Я не стал ничего отвечать.

Дома мы больше не говорили на грустные темы. Поели вкусного мяса, которое оставалось со вчерашнего дня. По дороге еще купили пиццу. Убрали посуду, и Лика сообщила, что хочет поспать. Не знаю, правда ли ее сморило или девушка просто хотела побыть наедине с собой. Я не стал спорить, у меня уже горел заказ. Прикрыл двери в гостиную и погрузился в мир рифмы.

Образ Анжелики я изо всех сил отодвигал из сознания, хотя он все равно всплывал. В какой-то момент я понял, если не перестану себя одергивать, вообще ничего не выдам. Отпустил ситуацию и, наконец, погрузился в творческий поток. Строчки рождались одна за другой, я еле успевал их набрасывать. Наверное, на меня снизошло то самое вдохновение. Не знаю, сколько часов я так просидел, записывая и правя. Отвлек меня скрип двери. Правда, услышал я его на заднем плане, продолжая шевелить губами.

— Кир, ты с кем-то говоришь? — насторожилась Лика.

Я окончательно очнулся.

— Нет, только сам с собой. Надеюсь, тебя разбудил не мой бубнеж? Я просто работал.

— Мм, нет, — девушка подошла ближе, — а чем ты занимаешься?

Она приближалась, а я не мог отвести взгляда от красной полоски на нежной щеке. Она осталась от подушки. Мне физически хотелось дотронуться до нее губами.

— Кир, ты тут?

Я выдохнул.

— Пишу текст песни для одного местного исполнителя.

Лика изумленно причмокнула.

— Ого, как интересно. А можно взглянуть? То есть… Ты не почитаешь мне?

Я замер. Даже беглый взгляд на строчки выдавал меня с потрохами. Хотя, может, я паранойю, и девушка не заметит отсылок к себе. К тому же я занимаюсь творчеством профессионально, и отказываться показать его ей — глупость. В общем, будь что будет, я начал читать. Правда, пропустил все же пару абзацев. Но на одном Анжелика вздрогнула."

"«Твоих ладоней взор проложит по щеке узор…» В момент чтения этой строчки Лика подняла вверх два пальца.

— Это совсем про меня, — усмехнулась она, — я тоже сейчас «смотрю» руками. Хотя я слепая не с рождения, и мне проще — в голове рождается картинка. Но и сложнее, с другой стороны — непривычно. Если предмет совсем новый, мне трудно воспроизвести его в своем сознании.