— Ой ты, бедная моя! Давай я тебя покормлю?!

Такого предложения я точно не ожидала. К горлу подкатила тошнота. Я замерла в растерянности.

— А про доставки свои забудь! — приказала Нюра. — Тебе сейчас деньги экономить нужно. Пенсия у тебя, наверно, три копейки! А теперь еще и Люда свалилась. Бедные вы, бедные!

Тетка принялась причитать, но хоть не лезла ко мне с ложкой.

— Тете Миле сделают операцию, и всё будет хорошо, — сообщила я родственнице.

Но это, конечно же, не подействовало.

— Какое там хорошо! Это же сердце.

Мне так и виделся ее пухлый палец, поднятый кверху. Смысла спорить нет она так и будет убеждать, что у нас все плохо. Я даже не стала говорить о том, что продолжаю работать в рекламе удаленно. Вроде я и понимала, что это лишь характер тетки, но почувствовала себя совсем без сил.

— Я пойду, — сказала я родственнице.

— Отдыхай, Ликочка! — взвизгнула та и снова начала хватать меня за руки.

Глава 7

На следующее утро тетка с братом уехали в больницу к тете Миле, а я смогла нормально поесть. В другой момент я бы реально послала тетку «лесом». Но не видя, чувствовала себя скованно, словно в путах. Да и не хотелось ссориться накануне операции Людмилы. Ведь от кого еще я узнаю, как всё проходит? Следующие несколько дней я старалась приспосабливаться. Даже поела немного Нюриных пирожков, которые оказались не такими противными, как суп.

Иногда вспоминала о Кирилле. Бывал бы он сейчас у меня и слышал бы вопли тети Нюры, я б сгорела со стыда. Хотя переживать не о чем, парень, похоже, забыл о моем существовании. Пора бы и мне выкинуть из головы эпизод с ним."

"Дни тянулись муторно, но относительно спокойно. И что они были еще ничего, я поняла одним вечером. Тетя Нюра как обычно вернулась из клиники, на этот раз она ездила одна. Леша встречался с какими-то мальчишками из их городка, что учились здесь в колледже. Я и надоедливый пес сидели дома.

Когда открылась дверь, я сразу поняла, что тетя не одна. Думала, они столкнулись у порога с Лешкой. Но второй голос внезапно тоже оказался женским. А когда я его узнала, все внутри обледенело. К нам пожаловала мама Антона, моего бывшего. Того, с которым я и была в тот роковой день. До этого она лишь звонила и разговаривала с тетей Милой. Боялась, мы начнем опротестовывать решения суда. Но я предпочитаю не вспоминать те минуты.

— Анжеличка!

Ну вот, я получила еще один приторный вариант своего имени.

— Ну как ты, девочка?!

Я глубоко дышала, чтобы не разреветься. Меня начало трясти от раздражения, от злости. От того, что я не могу постоять за себя и просто остаться одна в своем доме.

— Нормально.

Кинула слово, развернулась, быстро зашла в комнату. Хлопнула дверью о косяк. Плакать себе не позволила — почему-то казалось, так я стану совсем беззащитной. Навалилась спиной на дверь.