– Ревякин смотрел на женщину, но обращался, похоже, к бандитам.

Но те никак не отреагировали на его слова. Один лежал молча, носом ткнувшись в пол, а другой скулил, оплакивая целостность своего драгоценного уха. Ничего, у них еще будет возможность ответить на все вопросы.

Глава 15

Истошный вопль вырвался из камеры, волной прошел по гулкому коридору изолятора, проник в помещение для допросов, влился в уши бандита. Снова Лука зажигает… Но на этот раз Ревякин силы не распыляет. Сейчас он допросит одного бандита и только затем второго, и все это время Богдан будет находиться с ним.

– Ну что, Шарков, будем говорить или нет? – постукивая карандашом по столу, спросил Илья.

– О чем? – угрюмо спросил бандит с подстреленным ухом.

Он сидел на табуретке, руки скованы за спиной. Основание черепа широкое, а стрижка «площадка» еще больше увеличивала его. Массивный лоб, крепкий на вид нос, мощные скулы, тяжелый подбородок. И сам он тяжеловесный. Может, штангист… На боксера он не похож, потому как надбровья не сбиты и нос не отрихтован кулаками. И борьбой он тоже всерьез не занимался. Иначе бы наблюдалась деформация ушей.

– Откуда ты родом, Шарков?

– Там в паспорте есть…

– Из Ижевска ты, Шарков. И родился ты там, и прописка ижевская. Что в наших краях делаешь?

– Проездом.

– Да, только к нам ты не с той стороны заехал. Со стороны Камыша ты заехал. И человека по пути застрелил…

– Какого человека?

– А что, проститутка для тебя не человек?

– Какая проститутка?

– Зоя Мыловарова. Ты ее убил, Шарков. Она из кафе выбежала, а ты в нее из пистолета выстрелил.

– Какой пистолет? Не было у меня никакого пистолета.

– Не было. Потому что ты его выбросил.

Зачем «паленку» с собой таскать, да?.. Это ты все правильно сделал. Только надо было еще кучерявого убить.

– Какого кучерявого?

– А мужик такой кучерявый возле кафе был, у сортира стоял. Ты на него посмотрел и палец к губам поднес. Киллеры в американских боевиках так делают. Есть такие боевики, из серии «Убить красиво»… Только не бывает красивых убийств, Шарков…

– Ничего не понимаю.

– Сейчас поймешь. – Ревякин показал бандиту рисунок с его собственным изображением. – Узнаешь себя?.. Это тот кучервый мужик постарался. Он тебя нарисовал. Может, и хреновый он художник, но тебя хорошо запомнил.

И опознать сможет… И номер твоей машины он запомнил. Тысяча и одна ночь… Номера, кстати, наши, не ижевские… Но это уже другой вопрос, откуда у тебя машина, на какие шиши она куплена… Сейчас ты должен признаться в убийстве гражданки Мыловаровой…

– Не знаю такую.

В это время снова послышался душераздирающий стон. Лука кричал редко, но метко. Бандит невольно вжал голову в плечи. Но язык у него не развязался.

– Есть свидетели, Шарков, они видели, как ты убивал.