Он с тренером в хороших отношениях был, ну, и ключи от тира у него брал. Там с этой девочкой и тренировался. На пару. Сначала из одного пистолета с ней постреляет, затем из другого… Она тогда в девятом классе училась, совсем еще девчонка, а он с ней… Сволочь он, короче, хорошая. Тренера этого уже нет, пропал куда-то, а физрук все помнит. И девочку эту, и как Шурин с ней зажигал… История эта на поверхность всплыла, правда, ее постарались замять. Свечку никто не держал, а Катя эта ни в чем не призналась. Сказала только, что безумно любит Шурина…

– Безумно? Безумство – это диагноз.

– Боюсь, что ты прав, старик. У этой Кати глаза узкие и длинные и брови низкие. Я физруку рисунок показал; он сказал, что очень похоже…

– Когда это было?

– Шесть лет назад. Катя с тех пор очень изменилась, но глаза такие же… Физрук ее недавно в городе видел. Она уже не такая красивая, как раньше. Поблекла, что ли. Да и следы от прыщей остались. Но за собой она следит, химия у нее роскошная, и одевается модно…

– Одну видел или с Шурином?

– Одну.

– Где?

– Да не важно. Белкина Екатерина Львовна, шестьдесят девятого года рождения, проживает по адресу улица Красногвардейская, дом сорок девять, квартира сто четырнадцатая. Это седьмой микрорайон…

Восьмой микрорайон находился неподалеку, казалось бы, седьмой тоже должен быть где-то рядом, но нет, надо было ехать на другой конец города, в Юбилейный район.

– Может, проживала?

– Да нет, проживает. Я справки в паспортном столе навел, Белкина там до сих пор прописана.

– Может, Шурин ей квартиру снимает?

– Это уже детали. Главное, что Белкина здесь, в городе, и мы можем ее найти.

– А что мы ей предъявим? Кто ее может опознать? Толик Шустов? Так он не опознает. А если вдруг что, Шурин надавит.

– Запросто. А если не надавит, то показания Шустова развалятся в суде как карточный домик. Любой адвокат дунуть сможет. Ведь Белкина в маске была, как ее можно было опознать…

– А заколка?"

"– Заколка – это уже серьезно. Там и пальчики ее, и волосы. Все это сверить можно, не проблема. Но ведь она скажет, что заколку сама выбросила. Шла «случайно» мимо, заколка ей уже не нравится, это ее разозлило, и она ее выбросила. А что она возле дома на улице Парковой делала? Так просто в парк шла, погулять там хотела, от забот земных отрешиться, все такое. Мы-то ей, конечно, не поверим, а суд оправдать может. Если адвокат толковый попадется. А если еще судью купить… А у Шурина денег много, можешь не сомневаться. Он уже корни в центре города пустил, а там у нас вся коммерция, пьет трудовую кровь полными чашами. Может, и не совсем трудовую, но человечью…

– А если этой Белкиной и в живых уже нет? Вон с Зойкой как поступили.

– А что Зойка? Она расходный материал. А Белкина эта людей убивать умеет.