У мамы, когда она меня увидела, брови от изумления поползли вверх, но, к счастью, комментировать мой странный прикид она не стала, видимо, считала большим достижением уже, то, что я не слилась с этого ужина и иду с ней.

Мы проходим по дорожке к дому, двери нам навстречу открываются, и нас встречает очень привлекательная женщина по возрасту, думаю, мамина ровесница.

— О, мои дорогие, как же я рада наконец-то вас видеть, — произносит приятным голосом и обнимает сначала мою маму, потом меня, — Ника, как ты выросла, деточка, ни за что бы не узнала.

Мой сыночек тоже уже такой взрослый, как же быстро летит время, — причитает она и продолжает меня рассматривать.

Я раздвигаю губы в милой приветливой улыбке до тех пор, пока до меня не доходит смысл ее слов про сыночка и я, наконец-то, понимаю, зачем меня мама притащила на этот идиотский ужин. Познакомить решила, значит, с очередным хорошим мальчиком или еще хлеще сосватать нас друг другу.

Хозяйка дома ведет нас в гостиную и убегает на кухню проведать готовность ужина. Я в бешенстве разворачиваюсь к матери и начинаю шипеть сквозь зубы.

— Мама, как ты могла притащить меня сюда? Сколько еще это будет продолжаться? Я не хочу знакомиться с хорошими мальчиками и сыновьями твоих подруг. Не хочу с ними ужинать, дружить и вообще ничего с ними не хочу.

— Вероника, пожалуйста, не кричи так. Нас могут услышать. Уверяю тебя, ничего такого у меня даже в мыслях не было.

Ага, как же, так я и поверила. Эти кристально честные глаза очень даже могут врать, как оказалось.

Волны моего бешенства уже вовсю распространяются по комнате, но это видимо была их малая часть, потому что то, что я чувствую дальше, развернувшись к лестнице со второго этажа, рискует снести крышу у этого элитного особняка.

А вижу я там Кирилла Гордеева в стильном деловом костюме и светлой рубашке, невозмутимо спускающегося по ступенькам и приближающегося к нам. Твою мать, ну разве так бывает? Он скользит незаитересованным взглядом по комнате, до тех пор, пока не натыкается на меня. Застывает в полном изумлении. Наш общий с ним ступор длится несколько секунд, пока в гостиную не возвращается хозяйка этого дома и не начинает нас представлять друг другу.

Вижу, что Гордеев постепенно приходит в себя и начинает уж слишком пристально пялиться на мои ноги. Я даже чувствую, как их постоянно покалывает, хотя длина юбки очень даже скромная. Его физиономия разъезжается в ироничной усмешке и я закатываю глаза. Ну, как я могла так попасть! Ведь уверена, что договориться о чем-то с этим придурком будет практически не возможно.