”

Помню, как я тогда спросила:

“И ты, ты тоже?

Папа только усмехнулся:

“И я, Ли. Конечно, я тоже совершал ошибки,” – по лицу его пробежала тень и глаза затуманились. А через несколько минут раздался громкий голос мачехи:

– Кларенс, Лилиана. Обед на столе. Отец едва заметно вздрогнул. Мачеха терпеть не могла, когда кто-то опаздывал к обеду.

– Надеюсь, со временем их будет меньше, – вдруг вздохнул он.

– Ну что, обедать? – папа улыбнулся и взял меня за руку”.

Несовершенные существа? Тогда… Тогда и Алиску нужно прощать. Но Алиску я точно не смогу. А вот Тарику…

Я посмотрела на девушку и решительно сказала:

– Ладно… Прощаю я тебя.

Тарика взвизгнула и чуть не повисла на моей шее.

Глава 7

Ректор проводил девушек отсутствующим взглядом и опять уткнулся в свои записи, периодически поглядывая на магический страж. Показания, которые он зафиксировал, были весьма странными. Прибор действительно зарегистрировал всплеск магии, но именно что всплеск.

Произошло мгновенное, длившееся не более доли секунды, колебание. Но весьма, весьма приличной силы. Мерцающая стрелка едва не достигла верха шкалы.

“Удивительно, что ей удалось поднять только тарелку”, – усмехнулся Нойс.

“При импульсе такой силы, я бы не удивился, если бы и стол к потолку взлетел. Магов круг… Да нам всем просто крупно повезло, что этого не случилось! Иначе дочь лорда Кранового пришлось бы отправлять в лазарет”, – нахмурился мужчина.

Он откинулся на спинку стула и задумчиво уставился в потолок. Потолок не представлял собой ничего интересного. Правда, в углах уже темнела паутина.

“Надо сообщить Прилюдному. Пусть хоть раз в месяц домовых посылает”, – пронеслась мысль и ректор поморщился.

“Становлюсь настоящим хозяйственником”, – вздохнул он.

“Но ничего, еще несколько лет, и – свобода! Вот как только Лилиана диплом получит, никто и ничто не задержит меня в этих стенах! Магов круг, в кого я превращаюсь… Боевой маг, четыре подконтрольных стихии – и вот это вот все”, – ректор скривился и опять уставился на заваленный отчетами, манускриптами и записями стол.

“Да, Лилиана…” – мужчина вздрогнул, вспомнив ее беспомощный взгляд. Горящие огнем щеки. То, как она сидела тихонько, как мышка. Это и понятно. Боялась наказания, боялась получить штрафные баллы.

– Не бойся, девочка, – прошептал он, чувствуя, как сердце забилось сильнее, – я сделаю все возможное, чтобы ты получила этот диплом!

Ведь он… сердце на мгновение замерло… он никогда не допустит этой чудовищной женитьбы.

Никогда, чего бы это ему не стоило. Стройная фигурка Лилианы, ее сверкающие слезами глаза, прикушенная нижняя губка…

Нойс сжал кулаки и медленно выдохнул.

Надо, надо держать себя в руках.