Чуть сползшие джинсы под ямочками на пояснице открывают полоску белой кожи, которая, вероятно, в пляжное время, находится под плавками.

Я не могу отвести глаз, настолько это красиво. Слова застревают у меня в горле, и я в тихую продолжаю подглядывать, не подавая признаков присутствия.

Мужские трапеции — моя слабость. Что может быть более мужественным, чем узкая талия, широкие плечи, рельефный бицепс и вены, вздувающиеся на предплечьях, когда на выдохе поднимается тело…

Так и представляю, насколько твердая, гладкая и горячая спина на ощупь.

Но сегодня ведь не могло обойтись без подлянки?

Визжать я начинаю, раньше, чем соображаю, что происходит.

Сначала холодные брызги жалящими укусами неожиданно впиваются мне в живот и ребра, вышибая дыхание, а потом меня всю окатывает водой, которая попадает мне даже в рот, потому что я воплю от неожиданности.

Включившаяся поливалка, разворачивая свою головку, взяла меня на прицел, и теперь я, абсолютно мокрая до самых трусов, обтекаю на глазах доморощенного спортсмена.

Мечтала о душе, Марина?

Бля, мечты сбываются!

Глава 4

— Вы кто?

На меня падает тень.

Я отрываюсь от разглядывания своей промокшей одежды и поднимаю глаза на подошедшего.

Солнце светит ему в спину, но я все равно его опознаю. И это ни фига не рабочий.

— Добрый день, Михаил, — начинаю я, не очень хорошо представляя, какой тон мне следует взять в этой ситуации. — Я — ваш новый дизайнер…

— Да что вы говорите? — складывая руки на мощной, блестящей от пота груди, делано удивляется Юдин. — А мне вот казалось, что я с Павлом Андреевичем договорился, что теперь сам выберу специалиста из тех, что он мне предложит.

Пашенька — гад.

— Значит, нам обоим не повезло, — бормочу я. — И вам придется выбирать между мной и мной.

Юдин сощуривается.

— А я вас вспомнил, — тянет он, глядя на прядь-пружинку, нависающую над моим лбом.

— Это прекрасно, — наигранно бодрюсь я, вытирая капли с лица. — Прежде, чем мы с вами начнем…

Я хочу спросить: «Не найдется ли у вас полотенца?», но он меня перебивает:

— Мы с вами закончим.

— Это еще почему? — оторопело хлопаю мокрыми ресницами.

Не то чтобы я держалась за этот проект всеми руками и ногами, но хотелось бы узнать причину.

— Я не работаю с малолетками и озабоченными дамочками, — отрезает Юдин.

О как!

— Позвольте уточнить, к какой категории вы меня отнесли?

— А вы — метиска. Озабоченная малолетка, — усмехается он.

Нет, вы посмотрите на него!

— Я — дипломированный дизайнер, ознакомьтесь с моим портфолио и вы убедитесь! — я возмущена до глубины души. Какой-то хмырь еще будет сомневаться в моей квалификации, потому что я молодо выгляжу. — И я всего на год моложе Анны Лялиной. Даже близко не малолетка!

— Ну хоть в том, что вы озабоченная, мы оба согласны.