— Марин, я и насисьник твой порвал…

Чего? Кого? Я приоткрываю один глаз и вижу, что Миша, одной рукой поглаживающий мою правую многострадальную грудь, другой рукой держит шелковый топ, бретельки которого беспомощно свисают, выдранными с мясом.

Насисьник, Карл!

— Это ты зря, — я постаралась сказать это, как можно более осуждающе.

— Не расстраивайся, — ласково говорит Юдин. — У меня еще осталась твоя майка. До моего дома доберемся.

— Зачем нам к тебе домой? — вяло интересуюсь я. — Ты уже высказался. Я прониклась.

Я на самом деле сейчас даже не человек. Чувствую себя куском мяса.

Приятное опустошение, после потрясающего секса, о котором я и мечтать не смела.

— Марин, вторая смена.

— Ты — чудовище! — это я искренне. — Я против!

— Это ничего. Ты привыкнешь.

Глава 52

Мы успеваем проскочить обратно в город до основных пробок.

Я клюю носом на переднем сиденье, одетая в небезызвестную футболку с надписью: «У моего бывшего маленький». Сохранил гад реликвию.

На каждом светофоре Юдин поглядывает на меня плотоядно.

Капец.

Насчет привыкнешь, я, откровенно говоря, не уверена.

Сопротивляться ему у меня не выходит от слова «совсем», но ведь так же нельзя! Это счастье, что он — трудоголик на работе в офисе. Если б он был фрилансером, я бы не завидовала его бабе.

Мозг ехидно напоминает, что на сегодня его баба — я.

Только я уже совсем спеклась. Сытая блаженность заполняет тело, и я еле переставляю ноги, почти загребая каблуками. В итоге у подъезда, где меня поджидает тот самый коварный порожек, Михаил подхватывает меня на руки с ворчанием:

— Да что ж ты, как жертва домашнего насилия, плетешься…

— Я и есть жертва, — брюзжу я. — Ты меня даже не поужинал, а уже употребил.

— Более того, я и сейчас тебе есть не дам, — радует меня Юдин.

— Это еще почему? — возмущаюсь я, борясь с желанием поболтать в воздухе ногами.

— В прошлый раз кто-то все сожрал и слинял!

— Интересный расклад… Я по-твоему отдаюсь за еду? — я с подозрением заглядываю в лицо Михаила. Ну давай, ляпни что-нибудь. И я оторвусь.

Но гаденыш меня уже неплохо изучил.

— Я промолчу.

Занеся меня в квартиру, Юдин аккуратно прислоняет меня к стеночке и бережно расстегивает босоножки, за что я ему очень благодарна. Я настолько вялая, что мелкая моторика мне сейчас не по силам.

— Марин, пойдем, — тянет меня он вглубь квартиры.

Я даже заинтересовываюсь. Меня достаточно положить на ровную поверхность, и я тут же выключусь.

— Ты особо ни на что не рассчитывай, — предупреждаю я.

— И это мне говорит женщина без трусов…

— Я сейчас самое сексуальное бревно мира.

— Ничего, — усмехается Михаил. — Ты, главное, дуплом повернись…

Блядь. Романтик года.

Но против воли начинаю хихикать.

В спальне я достаточно быстро лишаюсь юбчонки.