— А теперь мы с тобой побеседуем, и ты мне расскажешь, кто тебя послал. И от того насколько ты будешь искренен и разговорчив, будет зависеть то, как болезненно ты будешь умирать. Хочешь умереть быстро и без боли, рассказывай сразу всё и без утайки. Хочешь немного помучиться, попробуй что-нибудь утаить. Хочешь долго не умирать и испытать на себе всю возможную боль, держись до последнего. Только ты не сдавайся рано, ладно? А то я планирую выделить для тебя несколько дней. Пойдем, прогуляемся за пределы академии, — поучительным тоном обратился я к своему пленнику и, взяв его за пальцы так, чтобы он пошёл рядом со мной полусогнувшись, мы отправились в сторону портала выводящего на лицо.

И тут я вспомнил что звонок-то я и не сбросил. Я достал мобилет и Артур Фёдорович всё ещё был на связи.

— Вы не положили трубку? Завидую вашему терпению, — произнес я в микрофон.

— Мирон, что там у вас случилось?

— Да ничего страшного, меня пытались убить. Только почему-то прислали всего одного. Вот сейчас идём с ним в укромное место, чтобы обсудить то, как он докатился до жизни такой, и кто его туда докатил.

— Вы можете отдать его мне? Поверьте я сумею его разговорить.

— Хорошо. Побеседую с ним и передам вам. На этот же номер позвонить?"

"— Нет, вы не поняли. Не могли бы вы передать его мне до того, как с ним побеседуете. А то с предыдущим вашим пленником пришлось сначала работать лекарям и психологам, прежде чем приступить к его допросу. Потому что он боялся буквально всего и мои специалисты никак не могли понять говорит он правду или нет.

— Н-да… какой-то хлипенький владелец тайной базы попался. Ну, будем надеяться этот повыносливее будет.

Ты же повыносливее будешь, чем командующий базой недалеко от села Червишево, правда?

— Так это всё-таки ты был! — впервые заговорил со мной убийца.

— Ух ты, здорово! Ты ещё и огрызаешься. Как мило.

— Простите, Артур Фёдорович, но так не пойдёт. Мне нужна вся информация которой он владеет, и я её получу.

— Клянусь жизнью своей дочери Алины, что передам вам все, что я узнаю от вашего пленника. Более того я поделюсь с вами своими выводами. Полагаю, что сомневаться в том, что я владею большим количеством информации, вы не станете?

— Не стану, но я не могу понять для чего вам это?

— Время.

То время, которое я потрачу на лечение и приведение психики вашего пленника в более-менее адекватное состояние, может быть критичным. Это мои враги, но вы сами влезли в эту войну, зачистив базу которая принадлежит человеку, чей уровень для вас недосягаем.

— А для вас?

— Досягаем, но с большой натяжкой. И то только после того как я дискредитирую его в глазах его союзников. До этого момента даже я не смогу с ним ничего сделать.