Сейчас мы здесь для них единственная еда. Больше они ни на что отвлекаться не станут.

— Мне больше по душе быть охотником, чем едой.

— Ну, так будь им.

— Как их убивать?

— Они похожи на собак. Просто не позволяй им себя кусать. Головы им отрубать довольно просто, но когда их слишком много это становится затруднительным. И как видишь зубы у них крысиные, а это намного опаснее. Не позволяй им себя окружить, постоянно двигайся. Не забывай про макры. Старайся запоминать, где лежат твари, которых ты убил.

— А ты?

— А мне придётся бегать значительно быстрее, чем тебе. Зубошип очень шустрое животное, и помимо пасти, из которой он уже не выпускает, если схватит, у него ещё и шипастые лапы, которыми он раздирает свою жертву.

— Ты справишься?

— Справлюсь. Ты за себя переживай. И помни, эти гончие не чувствуют боли. Бей сразу насмерть.

— Я тебя понял. Начали?

— Начали, — подтвердил я и бросился в бой.

Гончие уже выдвинулись вперёд, поэтому мне пришлось прорываться сквозь их ряды. Они прыгали на меня одна за другой, а приземлялись либо без головы, либо разрубленные пополам. Я орудовал мечом и большим кинжалом. При помощи усиления тела, которое даровал мне зубастый рой, я легко убивал по два, а то и по три животных за один взмах даже кинжалом. Поскольку моё тело было достаточно натренировано с самого детства, усиление моего тотема давало мне просто невероятные возможности для моего текущего возраста. Без него мне бы пришлось значительно сложнее."

"Боковым зрением я следил за Стасом. Вот ему было сложно. Он постоянно передвигался, не позволяя гончим себя окружить, и пока у него это получалось. Зубастая пасть хлопнула слева от меня, а я, успев увернуться, что есть силы, рубанул сверху мечом. Разрубить мне её не удалось, слишком крепкая для моего нынешнего состояния, а вот рану я оставил глубокую. Скорее всего, даже сломал кость, но он этого особо не заметил и, отпрыгнув в сторону, попытался цапнуть меня снова.

Пришлось немного отступить, потому что вокруг сновало слишком много гончих, желающих полакомиться мной. Я бегал, крутился, махал мечом и кинжалом и при этом ещё следил за тем, как обстоят дела у Стаса. Конечно, если не было бы его, я бы действовал по-другому, но он здесь и мне приходится изображать из себя обычного человека.

И вот Стас начинает уставать и делать ошибки. Это именно тот случай, для которого я берёг использование силы души. Теперь мне приходится обездвиживать тварей, которых пропускает мой напарник. Чем больше он их пропускает, тем больше устаёт моё тело от того, что я использую силу души. Надо быстрее заканчивать.

Снова возле уха клацает огромная челюсть, Но в этот раз я бью остриём меча снизу, и он распарывает нижнюю челюсть.