Познакомились случайно, когда год назад нужно было техобслуживание на машине пройти. Леша стал первым, кого подпустила близко после развода. Высокий, с бритой головой, татуировками по всему телу и нахальством во взгляде. Он был так не похож на бывшего мужа, что я сдалась и согласилась пойти с ним на свидание. Именно с ним поняла, что секс может быть приятным, даже если совсем не влюблен в партнера.

Леша не любил навязчивых женщин, и если бы я в него втрескалась, то вряд ли бы наша связь длилась год. А так… Мы встречались, когда обоим хотелось и планы совпадали.

— Давай покатаемся, — попросила и, надев шлем, обняла спину в тонкой кожанке.

"Мы мчались по крутому серпантину в ночь. Я доверяла Леше, хотя особых оснований не было. Нет, сердце свое ему не отдала бы никогда — он слишком эгоистичен и любвеобилен, чтобы быть бережным с женской душой, но защитить мог, как и вернуть домой в целости и сохранности.

Мы съехали с дороги и остановились у небольшого сквера. Я села на лавочку. Он рядом. Обычно мы ехали к нему: получали удовольствие, общались ни о чем и расходились на пару-тройку недель.

— Меня навестил бывший муж, — начала разговор. Леша закурил и выжидающе посмотрел. Возможно, ему неинтересно, но об этом решил промолчать.

— Боюсь, что начнет настаивать на знакомстве с Егором, — без подробностей делилась тем, что болело больше всего.

— Это плохо? — скупо поинтересовался.

— Он ни разу не видел сына. Не поздравлял с днем рождения. Не брал на руки. Не утешал. Не любил… — проговорила, кусая губы. Когда вспоминала, накрывало обидой. Так давно о бывшем не думала, а сейчас, получалось, все снова на Тимуре замкнулось.

— Может, одумался? — философски ответил. — У нас, мужиков, сложнее с чувствами: кажется, что раз финансами не обижаешь, значит, норм все. У меня с родным папкой так же было. Алики матери платил, а сам в Сибири деньги делал. Потом приехал, а мне уже четырнадцать. Сблизиться хотел, но поздно. Сейчас общаемся, но без тепла. Знаешь, — повернулся ко мне, — я бы и хотел отцом его по сердцу считать. Он ведь объяснил, покаялся, но уже… — развел руками. — Он мне отец, но не батя.

— Леш, у тебя по философии трояк был? Не поняла суть спича, — иронично высказалась.

— Не лишай пацана бати, — коротко бросил.

— Ты не понимаешь… — покачала головой и встала. — Не знаешь, как он с нами… — это совсем тихо. Тимур требовал, чтобы я убила сына. Настаивал на аборте! Господи, если бы послушалась его тогда… Даже страшно представить.

Сигарета истлела в его пальцах и осыпалась искрами. Я подошла ближе. Леша обхватил мои бедра, губами вжался в голый живот.

— Поцелуй меня, — шепотом попросила. Пусть его губы сотрут вкус других.