Молодая девушка-врач начала осмотр. Все стандартно: горло, температура, грудная клетка.

— Температура есть, горло слегка красное и рыхлое…

— Доктор, у него кровь почему-то не останавливается, и бочок посмотрите.

Она задрала майку сзади и нахмурилась.

— Он падал или…"

"— Нет и нет, — сразу же пресекла. Мы сына не бьем!

— Болеет часто? — мне не понравился тон врача. И взгляд тоже.

— Последние полгода — да. Что с ним, доктор?

— Сказать сложно с ходу, но… — и на меня так посмотрела. — Не хочу вас пугать, но это, — обвела большую гематому, — похоже на подкожное кровоизлияние.

Такое бывает при тяжелых анемиях и болезнях крови: лейкоз, лейкемия…

— Что, простите? — выдохнула со свистом. — Что вы сказали? Егор здоровый мальчик… Здоровый, понимаете?

— Успокойтесь, — крепко сжала мою руку, приводя в чувства, — я ничего не утверждаю. Но сейчас отправляю вас на госпитализацию, — и медсестре: — Вызывай скорую, — и снова на меня переключилась: — Я выпишу направление.

Я была ошеломлена и раздавлена. Я не верю! Я отказываюсь верить! Хотелось обнять сына, увезти домой, поужинать вместе, поиграть со Шреком… Обычный день.

Как у всех. Но мы сидели в холле и ждали скорую.

— Геля! — Тимура дождались раньше. — Привет, Егоркин, — взял его на руки. — Ну что? — на меня пытливо посмотрел.

— Мы ждем скорую, — ответила ровно. — Нужно сделать анализы. Егора, вероятно, на это время положат в больницу.

— Почему? — нахмурился муж.

— Я не знаю! — воскликнула нервно. Почему-то я боялась произнести вслух прогнозы врача. Тогда они могут стать правдой. — Скорая, — кивнула ему за спину.

Мы с Егором поехали вместе с медиками. Тимур за нами. Я не могла принять, что мой мальчик, еще вчера совсем здоровый, лежал на носилках и испуганно цеплялся за меня.

Даже не плакал, настолько страшно. Фельдшер обрабатывал ручку, из которой до сих пор сочилась кровь. Нас везли в центр детской гематологии, онкологии и иммунологии. Каждое слово убойным молотком прибивало душу гвоздями к земле.

Нас положили в отдельную платную палату. Тимур поехал за вещами первой необходимости. Началось самое страшное — ожидание.

Меня пугало и колбасило ровно так, как и во время беременности: врачи озабоченно молчали, кивали задумчиво и коротко бросали — ждите.

Ждите. Ждите. Ждите!

Через три дня лечащий врач пригласил нас с мужем к себе в кабинет. Я вся дрожала. Руками обнимала себя и билась буквально в лихорадке.

— Пришли анализы, — начал врач. Лицо бесстрастно. Наверное, так и должно быть. Это такое место: сюда с банальным насморком и кашлем не попадали. — У Егора редкая форма анемии.

— Насколько это опасно? — спросила я.

— Какие у нас варианты? — это Тимур.

— Это нарушение образования красных кровяных телец, вследствие которого сходит на нет иммунитет.