А еще слышу, как он выдыхает с разочарованием: «Ангелина, ну как же ты могла?».

Поднимаюсь на ноги и, тряхнув волосами, сбрасываю морок. Что толку рефлексировать и трястись от страха перед неизбежностью? Если Вавилов захочет узнать правду, он это сделает. И никакие мои увертки и недомолвки его не остановят.

Поправляю юбку и пару раз прохожусь расческой по волосам. То ли просто хочу хорошо выглядеть, то ли всячески тяну минуты перед тем, как войти в кабинет Вавилова. Ох и страшно же мне!

Собираюсь с мыслями и, сделав пару-тройку глубоких вдохов-выдохов, выхожу в коридор. Сосредотачиваюсь на стуке собственных каблуков, чтобы успокоить расшалившиеся нервы. Тук-тук. Тук-тук. Вот, так гораздо лучше."

"Захожу в лифт и, нажав кнопку последнего этажа, устремляюсь вверх. Красные цифры на табло медленно сменяют друг друга, а я не могу избавиться от чувства, что прямо сейчас утекают последние секунды моей относительно спокойной жизни. С сегодняшнего дня все изменится. По крайней мере, так говорит моя интуиция.

Получив молчаливое разрешение секретарши, которая, очевидно, в курсе моего визита, прохожу мимо ее стола и распахиваю дверь кабинета Вавилова.

– Александр Анатольевич, здравствуйте! – несмело мнусь на пороге. – Антон Витальевич сказал, что я вам нужна…

Черт. Последняя фраза прозвучала как-то глупо и двусмысленно. Надо было просто ограничиться приветствием.

Вавилов, сидящий в массивном кожаном кресле, вскидывает на меня взгляд и неожиданно улыбается:

– Да, ты мне нужна. Проходи, Ангелина.

Глава 20

Оказавшись за закрытой дверью, я уже не вижу смысла обращаться к Александру на «вы», поэтому тут же перехожу на более неформальный тон:

– Что ты хотел? Требуется помощь с документами на английском?

Вавилов не торопится с ответом. Сидит молча и буравит меня пронзительным взглядом. Цепко и прицельно. Вот-вот дырку во лбу просверлит.

Мне становится неловко. Опять. Нет, ну в самом деле! Чего он так смотрит? Словно у меня на голове рога выросли. Или словно я опять в его рубашке стою… Блин, а может дело и правда в рубашке? Я ведь ее не вернула. Постирала, погладила и сложила в пакет. А пакет, как назло, дома забыла!

– По поводу твоей рубашки, – говорю, прокашлявшись. – Я ее занесу завтра, хорошо? Сегодня утро суматошное было и…

– Боже, ты всерьез считаешь, что я переживаю из-за какой-то тряпки? – перебивает Вавилов насмешливо.

– Ну я…

– Так, ладно, – он поднимается из-за стола. – Мне действительно требуется твоя помощь с документами. Сотрудница, которая обычно решает подобные вопросы, сейчас в больнице, поэтому ты возьмешь на себя часть ее задач.

– Саш, можно вопрос? – хрипло спрашиваю я, наблюдая за тем, как он извлекает из принтера какие-то бумаги.

– Давай, – кивает.

– Почему я?

Александр замирает.