– Пять? Андрей, быстрее собирай, да у нас будет целая корзина. Вика, а сколько монет будет стоить корзина цветов? – спросила девочка.

– Не знаю, Леночка. Они высохнут и станут легче.

– Ничего, мы две соберём, – уверенно произнёс Андрей, потрясая пустой корзинкой. – Смотрите, чуть дальше ещё краснеют.

Мы передвигались от дерева к дереву и через время набрали полную корзинку.

Разогнувшись, оглянулась и поняла, что совершенно не знаю, в какую сторону нам идти.

– Андрей, ты знаешь, в какой стороне дом?

Улыбающийся мальчик положил цветы в корзину, повертелся и с грустью пожал плечами.

– Ничего, у нас есть Вишня…

В этот момент раздался тихий, но грозный рёв, заставивший всех вздрогнуть.

Глава 9. Подслеповатый взгляд

– Увлеклись сбором трав, – прошептав, посмотрела на Вишневского. – Вывози, друг! – сердце бешено стучало от страха. Послышался хруст веток, где-то закричали птицы.

Конь тут же наклонился, мой мозг не поспевал за руками, в другой ситуации я бы не подкидывала детей в воздух, откуда только силы взялись, Вишня с лёгкостью поймал их магией и усадил на спину.

Малышня, даже слыша за спиной неприятный рык, улыбалась, раздав корзины и попросив держать их крепко, в один миг оказалась на спине, окутанная страхующей магией.

– Не кричать, – предупредила детей, стоило Вишневскому начать лавировать между деревьями. – От счастья, – добавила я, хотя самой было страшновато, особенно когда перед нами неожиданно возникало дерево.

Была ли погоня, не знаю, рыка больше не слышала, но рисковать и проверять не собиралась. Немного успокоилась лишь в тот момент, когда Вишня выбежал на дорогу.

Переведя дыхание и поглаживая округлый бок, спросила:

– Довезёшь до деревни?

Вишня заурчал соглашаясь.

– Вика, это было… Было здорово! – Леночка, придерживая одной рукой корзину, второй гладила чёрную холку.

Кто-кто, а именно дети посчитали побег приключением, которое были бы не прочь и повторить.

– Давайте оставим Вишневского у нас? – Андрей повернул в мою сторону голову. – Мы с Леночкой днём будем выводить его в лес пастись, на опушку, тут не страшно.

– Нельзя, – покачала головой. – Сам понимаешь, он волшебный, вдруг кто-то заметит, появятся вопросы…

– Ой-ой-ой… -- тихо раздалось сбоку.

За разговором я не обратила внимания на дорогу. На обочине, возле вязанки хвороста, сидел старик и, поглаживая ногу, стонал.

– Стой, Вишня, – конь резко остановился, чуть наклонился, давая нам спуститься. – Дедушка, вам плохо? – спросила мужчину, подходя ближе.

– Ой, внученька, плохо, камень окаянный под ногу попал. Стар я, совсем стар, вот упал, ногу повредил, идти не могу. Семья-то у нас бедная, не можем мы позвать лекаря, как сейчас хворост нести, – в его голосе сквозила обида. Он поднял на меня подслеповатый взгляд.