– В прошлом году я хотя бы сидела в конце зала, – жалобно сказала она.

– Верно. – Пенелопа повернулась к ней и посмотрела на нее с подозрением. – Как тебе это удалось? Фелисити, Элоиза и я – мы все сидели в первом ряду.

– Удачно выбрала момент, чтобы скрыться в дамской комнате. На самом деле...

– Не вздумай проделать нечто подобное сегодня. Если ты оставишь меня здесь одну...

– Не волнуйся, я буду страдать рядом с тобой до конца. Но, – добавила Гиацинта, упершись пальцем в грудь Пенелопе – этот жест ее мать наверняка сочла бы вульгарным, – я желаю, чтобы моя преданность была отмечена особо.

– Почему у меня такое чувство, – жалобно сказала Пенелопа, – что в один прекрасный момент, когда я меньше всего буду этого ожидать, ты потребуешь от меня какого-либо одолжения?

– Не понимаю, о чем ты говоришь, – удивилась Гиацинта.

– О, посмотри, вон идет леди Данбери!

– Миссис Бриджертон, мисс Бриджертон, – отдуваясь, поприветствовала их леди Данбери.

– Добрый вечер, леди Данбери, – ответила пожилой графине Пенелопа. – Мы заняли вам место в первом ряду.

Леди Данбери слегка ударила тростью по лодыжке Пенелопы.

– Вы всегда думаете о других.

– Да, – смущенно пробормотала Пенелопа, – я...

– Ха. – Это было одно из любимых выражений графини. – Подвинься, Гиацинта, – приказала она. – Я сяду между вами.

Девушка послушно подвинулась.

– Мы с Пенелопой как раз обсуждали, почему люди приходят на эти концерты.

– Не знаю, как вы, – графиня обернулась к Гиацинте, – но она, – последовал поворот головы в сторону Пенелопы, – здесь по той же причине, что и я.

– Чтобы послушать музыку? – чересчур вежливо спросила Гиацинта.

Лицо леди Данбери сморщилось в улыбке.

– Ты всегда нравилась мне, Гиацинта Бриджертон.

– А вы – мне.

– Думаю, это потому, что ты время от времени приходишь ко мне, чтобы почитать вслух.

– Я прихожу каждую неделю, – напомнила Гиацинта.

– Время от времени... каждую неделю... хм. Какая разница, если тебе не приходится делать это каждый день!

Гиацинта благоразумно предпочла промолчать, а то леди Данбери, чего доброго, сумеет добиться согласия девушки навещать ее каждый день.

– И хочу добавить, что на прошлой неделе ты поступила отвратительно, остановившись на странице, где бедная Присцилла чуть было не сорвалась со скалы.

– А что вы читаете? – поинтересовалась Пенелопа.

– «Мисс Баттеруорт и Безумный барон». И она пока еще жива.

– Ты прочитала дальше?

– Нет, но это нетрудно предугадать. Мисс Баттеруорт уже висела и на доме, и на дереве.

– И она все еще цела? – удивилась Пенелопа.

– Я сказала, что она висела, а не что ее повесили, – буркнула Гиацинта. – А жаль, следовало бы!

– Независимо от этого с твоей стороны было нечестно оставить меня в напряжении, – пожаловалась графиня.