- И ты молчал?! – Таир дернул головой. Переложил костыли в одну руку и открыл дверь. Как шел по коридору, не помнил. Остановился у Лериной палаты и замер, прислушиваясь к голосам.

- Вам нежелательно вставать.

- Мне нужно кое-кого проведать! К тому же доктор сказал, что мне ничего не угрожает. Разве не так?!

- Мы еще до конца не уверены, что с вами было, Валерия Николаевна, лучше вам вернуться в постель.

- Да! Тебе лучше вернуться! – просипел Таир, протискиваясь в дверь.

- Таир! – Лера застыла в нелепой позе, занеся руку, чтобы поправить волосы над головой, да так и оставшись.

– Таир… Господи, – потрясенно осела. – С тобой правда все хорошо. Я думала, они меня успокаивают…

По разбитому, посиневшему лицу градом катились слезы. А он не видел женщины прекраснее.

- Прости меня! Пожалуйста, прости…

- Да за что, господи?!

Палата была не слишком большой. Но путь к Лее Таиру казался вечным. Может, потому, что он измерялся вовсе не шагами по комнате.

Выпрямил сломанную ногу. Неловко сел. Скорей, повалился даже. Плевать. Проводил взглядом тактично удалившуюся медсестру. О которой Лера, кажется, вообще забыла.

- За все! За то, что подгоняла.

Это я во всем виновата. Господи… - Лера спрятала разбитое лицо у него на груди и осторожно прошла пальцами по ребрам. Таир напрягся в ожидании новой вспышки боли, но ее касания были легкими… почти невесомыми. Исцеляющими.

- Нет, Лера! Нет… Стоп. Виноват только тот, кто на светофоре вылетел на красный.

- Но если бы я не велела тебе гнать, нас бы не оказалось на том перекрестке! Если бы не отец…

- К черту твоего старика! К черту вообще всех. Понимаешь? Я больше никогда тебя не отпущу.

- Да! К черту! – сверкая глазами, заявила Лера. - Я ему сказала, что он может… может идти со своими угрозами…

- К черту? – мягко, чувствуя, как от нежности чуть дрожат пальцы, предположил Таир.

- Нет! Я сказала гораздо хуже. Почему ты смеешься?! Я не шучу! Я правда его послала. И мне… мне плевать, если он теперь от меня откажется. И если внучку не захочет увидеть – что ж. Так тому и быть. Ей, может, только лучше будет без такого деда.

Голос Леры дрожал. Она была полна решимости и отчаяния. И он знал… Он был уверен, что она выберет его всегда. Но в то же время… люди не бывают абсолютно плохими, правда? Так, может, этим людям просто нужно дать второй шанс? Отпустив детские обиды, хотя бы попробовать начать заново?

- Да почему ты все время смеешься?

- Просто не могу представить тебя ругающейся.

Тем более матом.

Лера опустила взгляд вниз. Вздохнула. А потом снова подняла на него заплывшие глаза:

- Я не такая хрупкая и нежная, как ты думаешь. Я могу тебя защитить!

Она была нежной и хрупкой. За это Таир ее и любил. А защитить… он себя и сам мог прекрасно. Но от того, как она это сказала, у него напрочь перехватило дыхание.