— Я всё испортила.

— Ничего ты не испортила. Всё хорошо.

— Он ушел.

— И дал тебе время подумать. И остыть. Вам обоим надо остыть и успокоиться. Сгоряча наговорить можно очень многое, — молодая женщина обняла меня и прижала к себе. — А ссоры бывают у всех. У нас с Дереком не всё бывает гладко. Это надо просто пережить.

— Да, пережить, — медленно повторила я и сердце было с этим согласно, а вот разум.

Разум шептал, что всё не так просто.

В душном прокуренном зале было темно, лишь одиночные светильники стояли по углам большой комнаты, создавая приглушенный полумрак.

— Вам сегодня везёт, Гремзи, — лениво сообщил Торнтон, глубоко вдыхая ароматный дым от сигары, которая была в его руке.

Рыжеволосый мужчина лишь улыбнулся, собирая фишки с зелёного стола и аккуратно их складывая в небольшую стопочку.

— Кажется, мне везёт и в любви, и в игре.

— Вам можно лишь позавидовать.

— Видимо, Сын сегодня на моей стороне.

— Вполне возможно, — Леонард загасил сигару в пепельнице и снова взглянул на молодого человека. — А хотите сыграть по-крупному с настоящими акулами? Я могу познакомить кое с кем.

— Не уверен, что они захотят играть с обычным охотником, — хмыкнул Ивар, но карие глаза загорелись азартным огнём.

— Отчего же? Здесь все равны. А играть вы умеете и деньжата водятся. Такой куш. Тысяча золотом за вечер — это отличный результат. Но ведь можно и больше.

И Ивар не смог устоять перед соблазном.

______________________________

*Хамиби — свадебная художница, которая тоненькой кисточкой рисовала на висках специальной краской — хамой «узор невесты». Священные цветы и завитки, которые ленточкой соединялись на лбу и опускались к переносице затейливой капелькой.

Витиеватость и красота зависели от суммы, которую готовы были потратить на это молодожены.

Хама — краска из высушенных листьев лавсонии. Рисунок держится до трёх недель и, в зависимости от добавок, обладает различными оттенками, от светло-оранжевого до тёмно-красного и чёрного.

Глава Седьмая. Беда

Этим же вечером, придя в себя и всё хорошенько обдумав, я отправила Ивару записку с просьбой завтра утром встретиться у входа в главный парк и обо всём поговорить. Спокойно и без нервов.

Позднее утро, щебет птиц, шелест зелёной листвы, тихий говор прогуливающихся жителей и аромат сладкой выпечки из кафе, расположенного на другой стороне улицы.

Я прождала минут тридцать, нервно шагая туда-сюда, щурясь от яркого солнца и ловя на себе любопытные взгляды.

Следующие полчаса я провела на летней веранде кафе, размазывая воздушный крем по крохотному блюдечку и совершенно не чувствуя вкуса сладкого пирожного с фруктовой прослойкой и миндальной стружкой.

Ивар так и не появился.

«Что-то случилось. Беда».

Другого варианта у меня даже в голове не было.