Для среднего класса и на Изумрудной улице, куда пройти могли только родовитые маги, причём вторым критерием была мощь. Поэтому бездарного и ленивого наследника или представителя рода, какой бы он ни был, туда не пускали.

Ещё я помнила добывающую и перерабатывающую компанию. На родовую компанию работало много сборщиков, в том числе опасных магических растений и прочих живых организмов. В том числе охотников за редкостями. Те обычно работали по контракту, не на постоянке, или вообще выполняли разовые заказы. А ещё в памяти были лаборатории, теплицы и оранжереи. Вспомнила, что лорд взялся за эксперименты с одеждой, магически пропитанной зельями, а закрепляли на ней свойства с помощью тех же ритуалов. Удивительно, но именно этот момент в памяти: эксперименты, желание лорда Хэнли войти и откусить кусочек от нового рынка сбыта, всколыхнули страшные моменты.

Картинки, приправленные эмоциями, вспыхивали в памяти: смерть родителей, которую расследовали, но выйти на убийц не смогли, и гнев лорда. Неожиданная встреча с молодым Морганом, его ухаживание и полное затуманивание в голове у юной Энн. Уже после, в сильном подпитии, Майк признался, что ему заплатили, и очень-очень хорошо. На кону стояло замужество милой и наивной Энн Хэнли. Ветвь хоть и побочная, вот только сын лорда Хэнли, Барт, серьёзно поссорился с отцом, и ритуально проведя малое отречение, уехал в Штаты вместе со всей семьёй.

Все эти события складывались в странную картинку. Я, вернее ещё Энн помнила, что сын лорда, Барт Хэнли, всё же начал переписку с отцом, поэтому тот не впадал в отчаяние. Но история с племянником, его женой и дочерью, попавшей в сети предателя магии, дала понять — причиной всего был, возможно, не злой рок.

И началось серьёзное расследование. Люди лорда Хэнли провели огромную работу и выяснили много нехорошего, в том числе того, что касалось Энн.

Именно это и рассказал мне поверенный рода, мистер Бигси. В такой ситуации не только наивная и неопытная девчонка могла попасть на удочку подобного афериста. Так что дед, влекомый долей раскаяния, решил позаботиться о бедной родственнице.

Уточнение мистера Бигси о моей силе и даре Маркуса меня удивило, расстроило и даже возмутило. Получалось, что если бы мы оказались совсем безнадёжны для рода, то и спасать нас, получается, не нужно было?

Я не смогла смолчать и откровенно спросила мистера Бигси, на что получила невозмутимое:

— Ну что вы, миссис Хэнли, лорд всё равно бы сделал всё для вашей свободы. Репутация рода — не шутка. А представительница, проклявшая на смерть мужа — это не то, в чём род заинтересован.

— Это не было проклятье, это была возвратка.