Я видела, как защита вокруг ритуального круга усилилась, а лорд Хэнли обнажил зубы в оскале, прокричав:

— Через пару минут я овладею всей родовой силой и сожгу вас всех, недостойные!

Я в ужасе смотрела на это действо, понимая, что лорд совсем с ума сошёл.

И тут я почувствовала боль, высасывающую, буквально раздирающую моё нутро, и закричала, выгибаясь. Моя сила, то, что грело и питало меня, то, что было неотъемлемой частью, пыталось сбежать, вернее, у меня отбирали, буквально выдирали часть меня. Это было больно, и боль всё нарастала и нарастала, пока я не поняла одно: терпеть было бессмысленно, нужно было бороться.

Скрипя зубами, я потянула силу обратно, потому что знала: когда я буду опустошена, этот изверг примется за моего сына.

Тянуть силу тоже было больно. Не так, как лишаться её, но я старалась держаться, выгибаясь на камне. Повернула голову, в скудном свете появляющегося солнца увидела панический взгляд сына и с натугой улыбнулась ему. Сын потянул ко мне руку, хотя и был слишком далёк, и тут мой противник с удвоенной силой начал тянуть, и у него получалось.

Я услышала его смех, а после и крик:

— Что, думала меня перебороть?! Не смеши, глупая женщина, тебя ничего не спасёт, у тебя нет защитников! Связанный с тобой остался только сын, а он… Скоро последует за тобой!

Мужчина засмеялся дурным смехом, а я поняла, что он совсем с катушек съехал, полностью и бесповоротно. В голове появилась мысль о влиянии жертвенной силы на не слишком твёрдый разум мужчины.

Неожиданно я услышала в голосе лорда Хэнли панические нотки:

— Не смей! Что ты делаешь, глупец?! Я выпью и тебя, жалеть не буду! Прочь, лорд, прочь, это не твоё! Они мои! Прочь!

Повернула голову к медленно подходившему лорду Уэстону и поняла, что остальные держались в отдалении. Видимо, не хотели рисковать.

Меня начало раздирать сильнее изнутри, но я терпела, хотя хотелось кричать криком. Терпела, потому что ещё боролась, словно на ниточке подтягивая силу обратно.

Повернула голову к Ричарду и встретилась с ним взглядом. Он что-то бормотал, резкий росчерк кинжала, и его кровь упала на землю, а Ричард прошёл через защитный круг, не замечая его.

Что он сделал?

Голова жутко кружилась, но я понимала, что Ричард сделал что-то необычное, если защита признала в нём часть моего рода, пришедшего мне на защиту.

Секунда, вторая, шаг, ещё один, и Ричард, вскинул руку, используя концентратор на пальце для активации боевой магии. Лорд Хэнли зарычал, прервавшись, а я судорожно вдохнула, на мою грудь прекратила давить многотонная плита.

Я во все глаза смотрела на мужчин, двигающихся слишком быстро. Видимо, и лорд Хэнли владел боевой магией, не только мой сосед.