— Александра Константиновна, вы находитесь тут добровольно?

— Да, — это тот максимум, на который она могла отблагодарить Ярослава за вчера.

— Нет! — он же рявкнул ответ так резко, что Саша поежилась. — Иди в комнату, — обернувшись на долю секунды, Яр бросил предупреждающий взгляд.

Дурочка, если раньше, под подозрение подпадал он, то этим своим «да», она может подставиться сама. Любящая дочь не станет проводить дни с человеком, практически обвиненным в убийстве ее отца, добровольно.

— Так да или нет? — Данилов переводил взгляд с растерянного лица девушки на злого Самарского, пытаясь понять, что же тут происходит.

— Нет. Александра Константиновна находится в квартире не по собственной воле.

Она собиралась сказать что-то еще, но брошен такой же предупреждающий мимолетный взгляд, и слова не срываются с губ.

— Ну что ж, в таком случае, Ярослав Анатольевич, вы обвиняетесь в захвате заложника и умышленном убийстве. Я обязан вас арестовать.

— Нет, — Саша хотела вклиниться между, как оказалось, милиционером, и Яром. Ей не дали.

— Не смей, поняла? — резко развернувшись, Ярослав приблизился к ее лицу. — Даже думать не смей мне помогать.

— Я не хочу применять силу, Ярослав Анатольевич, поэтому, прошу, пройдемте, — так и не попав вглубь квартиры, Данилов снова отступил в холл, открывая дверь настежь.

— Дайте мне минуту.

— Алекс, не разговаривай с этим уродом! Он убийца!

— Хорошо, у вас минута, — если бы Гена держал язык за зубами, он бы отказал, но этот человек раздражает одним своим присутствием так сильно, что хочется наплевать на все правила и поступить наперекор.

Данилов отступил на лестничную клетку, так и оставив дверь открытой.

— Они тебя арестуют! — Саша вцепилась в руки Ярослава, чувствую, как паника потихоньку подкрадывается к разуму.

— Они бы и так меня арестовали, рано или поздно. Я разберусь.

— Как? Не мешай мне, я расскажу, что не было никакого захвата, что это все чушь!

— Нет! Даже думать не смей! Ты вернешься домой, ясно? Будешь жить, как раньше, забудешь, что нас что-то связывало. Я тебя выкрал. Поняла? Держал в заложницах, ты сбежала, я снова силой тебя вернул сюда. Ты поняла?

— Нет!

— Да!

— Они тебя посадят! — голос сорвался на писк. Неужели он не понимает, что роет сам же себе могилу.

— Я разберусь с этим сам. Саша, умоляю тебя, не делай глупостей. Усиль охрану, не подпускай к себе тех, кому не доверяешь, не выходи из дома, если не уверена, что ты в полной безопасности. Ты права, я не могу держать тебя вечно.

— Но ты…

— Я разберусь!

— Ярослав Анатольевич, минута прошла."

"— Не смей пытаться мне помочь. Я сам разберусь! — расцепив напряженные девичьи пальцы, Ярослав развернулся, подошел к Данилову.