Ну всё, дай привести себя в порядок. Приготовь одежду.

Я вдруг перепрыгнула в прошлое: кофе для мужа, одежда. Достала из шкафа свежую сорочку и разложила на кровати, разгладив морщинки. Костюм он выберет сам.

Эмиль вышел из ванной в полотенце, обернутом вокруг бедер. Бок закрывала повязка, вторую, на руке, он слегка замочил. Влажное рельефное тело, мокрые волосы, зачесанные назад — он принимал душ. Из-за влаги кожа блестела в утреннем свете.

Он неторопливо оделся. Выбрал серые брюки, спрятал под сорочку бинты. Набросил и затянул кобуру уверенным движением. Из лица незаметно уходила нежность, которой он побаловал меня в постели. Последний штрих — пиджак. Эмиль набросил его, улыбнулся и подошел.

— Родная, — он убрал мои волосы назад. — Вижу, ты меня еще боишься. Я предложу компромисс.

— Компромисс?

Не знала, что Эмиль на них способен.

— Скоро я встречусь с Федоровым. Хочу сделать это как можно скорее, но думаю, это вопрос одной-двух недель. Ты сомневаешься, но прошу, дай шанс на этот срок. Там определится моя судьба, и мы решим, будем ли мы вместе.

— Твоя судьба? — переспросила я, удивленная непривычным фатализмом. — Ты имеешь в виду, тебя могут убить?

— Может быть. Поэтому я пришлю адвоката и пущу слух, что мы разводимся. Все должны думать, что наши отношения окончены.

— И Андрей?

Эмиль кивнул.

— Прошу тебя, дождись. Максимум две недели. Ты меня дождешься, Дина?"

"А он всерьез. Сейчас уйдет и кто знает, когда мы увидимся. Может, никогда, если Эмиль погибнет. Это могут быть наши последние минуты вместе.

— Дождусь, — пообещала я.

Он поцеловал меня резко, словно укусить хотел, да передумал. Даже грубо, цепляя зубами губы. На секунду мы замерли, словно не хотели расставаться.

— Скоро увидимся, — пообещал он. — Я найду возможность.

Эмиль не из тех, кто долго прощается.

Я не стала его провожать, стояла, обхватив себя руками, пока не хлопнула дверь. Мы выбрали полумеру — мое «да» на две недели. Вчера я хотела дать шанс, скрывать не стану, но утром окунулась в прошлое и испугалась. Я его любила, только простить не могла. Меня бросало между двумя состояниями до исступления.

Но двух недель достаточно, чтобы понять, чего я хочу. Набраться смелости для любого ответа.

Я вернулась на кухню. Квартира неожиданно оказалась только в моей власти. Надо мной больше не висел дамоклов меч, пришло время приподнять голову и оглядеться.

Только меня окружал не очень приятный мир — мир Эмиля, криминала и больших денег. Феи здесь не водятся.

Своего телефона я лишилась, но у нас был городской. А еще осталась записка Андрея. Я набрала номер и пока слушала гудки, смотрела в окно. На улице цвела весна, но это не радовало. Для радости слишком много проблем.

Мне очень не понравились слова Эмиля о будущей встрече.