Надеюсь, что когда-нибудь настанет время, когда я смогу смотреть ему в глаза сколько захочу.

Я прильнула к Эмилю, щекой прижалась к щеке и зажмурилась. Из-за движений щетина царапала кожу. Я чувствовала — он готов спустить страсть с цепей и сама этого хотела. Бедра плотно вдавились между моих ног, разводя их шире. Эмиль тихо застонал и прикусил шею. Мы застыли, прижавшись друг к другу. Дыхание Эмиля было рваным, на лице гримаса наслаждения — большего, чем заслуживал наш спонтанный секс. Я нежно обтерла взопревший лоб, убрала светлые волосы. После оргазма было холодно и жарко одновременно.

Разогретое сексом тело пылало, хотя в салоне холодно. Измученная любовью, душа безмолвно кричала, плача черными слезами.

— Не ходи! — заревела я, как раненная медведица, и разрыдалась мужу в плечо, горько и самозабвенно.

Секс смел последние барьеры. Я была готова целовать ему ноги. Готова на глупость, подлость, безрассудство, лишь бы он остался со мной.

— Все будет хорошо, родная. Я должен это сделать. Помнишь, я обещал? Мы будем счастливы.

Нет, Эмиль. Не будем. Я чувствую. Сердце разрывалось в предчувствии надвигающейся катастрофы.

— Оставь, как есть, — сказала я. — Брось всё!

— Бросить? Хочешь, чтобы эти твари остались безнаказанными? Чтобы я потерял деньги? Уважение? Ты сама этого не простишь, что бы сейчас ни говорила.

— Дурак, — прошептала я.

Я люблю тебя. Безумного, старого, бедного, больного — все равно. Для меня важно, чтобы ты оставался живым. Этого не поймешь по-настоящему, пока смерть не начнет дышать в затылок. Слишком легко Илья согласился на встречу, слишком мрачным выглядел Андрей. Эмиля попытаются обыграть.

— Ну все, маленькая. Успокоилась?"

"Я отстранилась, кивнув сквозь слезы.

Обернулась, глядя наружу — никого ли не было рядом? Андрей стоял там же, у сваленных бетонных плит. Он что, видел, как мы занимались любовью? Силуэты, не больше, но и по нашим теням можно догадаться, что происходит.

От этой мысли стало не по себе. Пока я поправляла платье на заднем сиденье, Эмиль выбрался из джипа, на ходу застегивая брюки. Никакого стеснения — дело естественное.

Кивком подозвал охрану. Светлые волосы серебрились в лунном свете, морщины стали черными и контрастными. Бросив парням пару слов, он вернулся в салон.

— Переночуем здесь. Отдохни, если хочешь.

Эмиль привлек меня, укладывая на колени.

Жестко, но приятно. Я свернулась клубком, подложив ладони под щеку и ощутила, как муж снял пиджак и укрыл меня, окутывая теплом и своим запахом. Дорогой парфюм ассоциировался с достатком, властью, уверенностью в себе, которых не хватает в обычной жизни. Мне стало спокойно. В этом плюс мужчин значительно старше — они всегда знают, что делать.

Он гладил шею, щекотно убирая пряди волос.

— Спасибо… — прошептала я.