В центре бывшей деревенской площади ярко пылал костер, над которым уже шипел закопченный котелок, ниргалы нарубили елового лапника и постелили поверх них одеяла. Все еще бессознательного гнома сняли с седла и уложили рядом с костром, заботливо прикрыв несколькими одеялами.

Вновь подхватив незнакомца калеку на руки, я отнес его поближе к костру и уложил на лапник. Набросил сверху еще одно одеяло, чувствуя, что лишь оттягиваю его смерть. С такими ранами не живут, а подпитывающего энергией паука больше не было. Скоро начнется агония, а затем смерть. В любом случае я сделал, что мог, осталось лишь уповать на милость Создателя.

— Когда отвар будет готов, постарайся влить ему пару глотков, — велел я суетящемуся у костра Лени. — И немного гномьей настойки. Только кормить не вздумай — он слишком слаб.

Лени безмолвно кивнул, и я зашагал прочь от лагеря. Хотел осмотреться по сторонам и немного развеяться. Один из ниргалов тенью последовал за мной, но я уже не обращал на них внимания. Свыкся, как с неизбежным злом.

У поваленного дерева я первым делом наклонился над ниргалом и, хотя не сомневался, что он мертв, постарался перевернуть его на спину. Задача оказалась мне не по силам — уже смерзшаяся масса металла и плоти была просто неподъемной. Жестом подозвал своего охранника, и тот играючи справился с поставленной задачей. Силища у них неимоверная.

Мне хватило одного взгляда на окровавленные смотровые щели в шлеме, чтобы понять, что здесь уже ничем не помочь. Пауку удалось найти уязвимые места в броне и запустить туда узкие лезвия когтистых лап.

Радует только одно — броня спасла ниргала от лишних мучений. По своему печальному опыту и словам здоровяка Рикара, я знал, что костяные пауки стараются как можно дольше удержать жертву в живых, чтобы вдоволь напитаться пропитанной болью жизненной энергией. А здесь смерть была почти мгновенной — костяные лезвия проникли в мозг, и на этом все закончилось. Быстрая смерть. Что может быть лучше, когда попадаешь в лапы нежити…

Оторвавшись от созерцания погибшего ниргала, я сделал несколько глубоких вздохов холодного воздуха, чтобы успокоиться. Помогло лишь отчасти, но и то дело. На его месте мог оказаться любой из нас, в том числе и я."

"Так я и стоял среди древних бревенчатых срубов, пустым взглядом глядя на заснеженный лес, что с каждым годом подступал все ближе. Еще пара десятков лет, и от деревни не останется ни следа. Дома окончательно сгниют и превратятся в труху, жуки-древоточцы довершат остальное. Может, оно и к лучшему.

Философские мысли были прерваны самым невежливым способом — на мое плечо опустилась тяжелая рука ниргала и сжала его стальной хваткой. Не успел я испугаться, как охранник разжал пальцы, и я понял, что он лишь хотел привлечь мое внимание.