— Я пойду с вами, господин, — с решимостью произнес Древин. — Куда вы, туда и я!"

"— Не пойдешь, — угрюмо отрезал я. — Ладно, Стефий в бой рвется, но ты-то чего? На кого поселение бросать собрался? На детей и старух?! В общем, так — все, что вы хотели знать, я рассказал. Теперь слушайте меня. Пока не кончится буран, потихоньку занимаемся хозяйством. Благо, работы столько, что без дела никто не останется. Главные цели — расширение пещеры и укрепление жилой пристройки.

— Но, господин…

— Хватит, Древин! Чем попусту языком молоть, займись делами!

— Кого хоть с собой возьмете? Четверо ниргалов, вы сами и еще кто?

— Рыжий Лени и… и Тикса, — чуть подумав, ответил я.

 — Что скажешь, Койн? Отпустишь со мной Тиксу?

— Отпущу, друг Корис, — серьезно ответил гном. — А если хочешь — я и сам с тобой отправлюсь.

— Нет, Тиксы хватит, — улыбнулся я. — Постараюсь вернуть их живыми. Рисковать попусту не буду, ежели что — ниргалы оборонят. А гном мне позарез нужен — я сам в вашем рудном деле не разбираюсь. С трудом серебро от золота отличу.

— Это дело! — одобряюще прогудел Койн.

 — Глядишь, на железную руду наткнемся, аль на угольные залежи. Земли здесь богатые.

— Вот и я про то же, — кивнул я и открыл лежащую на столе книгу со своими заметками. — Если найдем каменный уголь, то можно будет и о кузнице задуматься. А теперь давайте-ка еще раз обсудим будущие ворота. Как я разумею, плиту надо цельную вырубать, да вот только как это сделать? Что скажешь, Койн, справитесь с этой задачей? А?..

Отступление четвертоеВопреки любимым привычкам Повелителя, следящие за его поместьем священники из ордена Искореняющих Ересь умерли быстро и практически безболезненно.

Все пятеро. Когда требовалось, ниргалы могли двигаться совершенно бесшумно, несмотря на огромную массу доспехов.

Едва слуги доложили о выполнении приказа, Повелитель приказал выступать немедля. Кованые ворота мягко распахнулись, и в ночную темноту потянулась длинная вереница всадников, закутанных в черные плащи. Повелитель выехал одним из последних. В точно таком же черном плаще с глухим капюшоном, он ничем не отличался от своих безликих спутников. Остановил лошадь в воротах и, откинув капюшон с головы, он окинул свое родовое поместье медленным задумчивым взглядом и перевел глаза на старого слугу, что не сводил с него преданных глаз.

— Подождешь еще час, пока мы не покинем город, а затем… а затем поджигайте. Да смотри, чтобы не потушили раньше времени! Понял? Все должны думать, что я погиб в огне!

— Да, господин, — склонился в поклоне слуга. — Все будет исполнено.

— Когда убедишься, что огонь охватил все постройки, уходи и жди от меня вестей.