С удивлением осматриваюсь, останавливая взгляд на Яне. Он ни слова не сказал, пока мы ехали.

— Я…

— Пожалуй, золотце, — его голос звучит напряженно, устало. — Просто выйди из машины и не доставляй проблем, хорошо? Никто не бросится на помощь, а нервы помотаешь.

— Ты думаешь, что я просто позволю похитить меня? Оставить непонятно где, а потом ждать возвращения?

— Оставить? Нет, Сонь, мы будем жить здесь вместе.

— Я не буду с тобой жить, Ян!

— Ну, можешь с охраной. Как тебе больше нравится. Но ты будешь под наблюдением, чтобы не натворила глупостей.

Ян помогает мне выбраться из машины, прижимая к себе. Обнимает за талию, так близко-близко, что его парфюм словно под кожу пробирается. Ведёт к подъезду, молчит всё время, пока мы поднимаемся на нужный этаж.

— Ян… — начинаю, как только за нами закрывается дверь квартиры. — Ты ведь понимаешь, что беременным нервничать нельзя? А я сейчас… Я очень и очень нервничаю. Я не понимаю, что происходит и… Ты можешь нормально всё объяснить?

— Могу, — мужчина устало трёт виски, словно я его новая проблема. Только я ведь не просилась сюда! — Да, Сонь, давай поговорим.

Меня потряхивает от нетерпения, глупой надежды. Может, Ян просто устроил шоу? Для чего-то, почему-то… Не мог просто меня забрать, вот и пошел на крайние меры.

Я бы поняла это, простила. Ну… Хоть какое-то объяснение вместо его злых слов. Потому что ведь Волков не такой! Совсем, я же его знаю.

Каким он может быть нежным, внимательным. Сердце ноет, когда я вспоминаю его касания. Мы могли просто часами сидеть в его палате, разговаривать.

Да, Ян умеет быть настойчивым. Иногда с кем-то резко говорил по телефону, но… Для меня он всегда был самым-самым, так выделялся на фоне остальных.

И я так опрометчиво вручила ему своё сердце.

— Давай начнём с того, Сонь, что твой отец лишил меня семьи. Он убил мою жену и ребёнка.

— Ты говоришь бред! — не сдерживаюсь, потому что эмоции льют через край. Ян лжет! — Не может такого быть, ясно? Мой папа бизнесмен, а не какой-то… Кого ты им считаешь.

— Поверь, золотко, твой отец ещё хуже.

— Я… Ладно, это ваши разборки. Но при чём тут я?

— Ты носишь моего ребенка.

Набираю побольше воздуха в легкие, чтобы поспорить с ним, но тут же сдуваюсь. Это правда, пусть она мне теперь не нравится. Пусть я желаю, что встретила Яна!

Но он всё равно узнает. В наше время можно сделать тест на отцовство с восьмой недели, с двенадцатой он будет точным. А у меня уже средина второго триместра. Один забор крови из вены и Ян получит свой желаемый результат.

Поэтому я медленно опускаюсь на диван, садясь по-турецки. Поясница ноет, а сердце бешено стучит. Мне кажется, после этого дня во мне не останется ни одной нервной клеточки.

Все Ян заберет.

— Давай не будем спорить? Пожалуйста, — прошу, потому что у меня нет сил.