Враги мелькают слева, справа и, конечно же, спереди. Я отбиваю удары, уклоняюсь, бью в ответ. И очень часто атаки мои калечат и убивают. Клинок разбрызгивает кровь, капли её всё ещё содержат в себе жизнь, и это вносит причудливые узоры в картину течения потоков энергии. В стремительности конной схватки я, благодаря урокам мастера Тао, успеваю вовремя и жёстко реагировать на все угрозы, как бы молниеносно они на меня не обрушивались."

"Мои спутники отстали, завязли в свалке. Я ведь не только раненых им оставлял, хватало и тех, кто пережили мою атаку, или не успели, выскочили сбоку и позади, избежав знакомства с храмовых цзянем. Даже Кими теперь непонятно где, хотя уж она-то привыкла действовать со мной в паре.

Да и плевать на всё и всех, я ведь и в одиночку о-го-го! Сейчас как никогда видно, что и кто стоит. Не знаю, откуда взялись эти люди, но даже без «цветового анализа опасностей» заметно, что это не простые бродяги, где-то нашедшие неплохое оружие, коней и амуницию. И в сёдлах держаться умеют, и бьют грамотно, и силы хватает. Один, получив мечом по шее, окутался на миг синим туманом сработавшего щита, второй бросил с нескольких шагов что-то вроде продвинутого Воздушного кулака. Похоже на какую-то низовую технику воинов, таковых много, разной эффективности и сложности, некоторые из них относительно легкодоступны. Не для всех и каждого, и не повсеместно, но, в целом, встретить их даже у слегка поднявшегося простолюдина не редкость. Это, по местным понятиям, ещё не полноценная боевая магия, однако уровень очень и очень приличный. Увернуться я увернулся, но пришло понимание, что подставляться под такое без активных щитов нежелательно. Все мои защитно-пассивные навыки могут не совладать. Если вспомнить толпу наёмников, с которыми сражался в подземелье Хлонассиса, те, в среднем, заметно уступали. Я тогда был куда слабее, но справлялся с ними почти запросто. Можно сказать, без малого всухую с ними сыграл.

Мелочи (включая арбалетный болт в важную часть организма) не считаются.

Да, здешние противники сильнее, но плевать на них, плевать и ещё раз плевать. Я не просто круче этих степных бандитов, я иной. Принципиально иной. Почти два года на опасном Севере, затем Хлонассис, мастер Тао и год в Алом Замке подняли меня на тот уровень, с которого эти, бесспорно не самые рядовые воины, смотрятся смехотворно.

Выпад копья. Чуть-чуть, и пропорет мой бок. Сверкание цзяня, хруст разрубленного древка и крик всадника, ощущающего, как остриё храмового меча проходит через его бедро. Меч выдирается из плоти наискось и грубо, устраивая ужасающую рану, и тут же летит в грудь следующему.