Каждая из них настраивалась индивидуально под силу и природу воздействия. Можно, к примеру, включить во второй ячейке режим защиты от огня, способного нанести опасные ожоги. В таком случае она не будет разряжаться на атаки физические, атаки других стихий и слабые огненные атаки.

Я так не усложнял, у меня первая ячейка настроена на слабый урон любой природы, две следующие на урон, способный нанести серьёзные повреждения, и последняя срабатывает лишь в случае воздействий, опасно близких к смертельным.

Откат у каждой индивидуальный, то есть независимый от других ячеек. Я довёл эту цифру до двадцати шести секунд, и пока что дальнейший прогресс застопорился.

Очень незначительные прибавки выходят, и очень острая реакция Баланса даже на крохотные изменения. Похоже, проще подумать об открытии ещё одной ячейки. Это тоже по мне серьёзно врежет, но проблему решить чуть проще.

Все четыре ячейки разрядились ещё в шахте. Последняя, должно быть, сработала, когда позади сверкнула та непонятная вспышка, из-за которой я оказался на поверхности быстрее, чем думал.

Я выработал в себе рефлекторную перезарядку ячеек, но не всегда успевал делать это сразу, без промедлений. Здесь, к счастью, успел, и когда после непродолжительного полёта поскакал мячиком по степи, разрядилось лишь три щита. Четвёртый — «смертельный», всё же удержался.

Вот он и спас жизнь, когда южанин отправил меня лететь в обратную сторону.

Теперь все щиты в откате, так что надо лежать и дышать потише. Понятно, что в мою смерть столь непростой противник не поверит, а вот то, что я почти не пострадал, может стать для него сюрпризом.

Но только после отката всех ячеек.

Чья-то рука бесцеремонно ухватила за скрученные жаром волосы, грубо потянула, повернув лицо к небу.

Сверху уставилась круглая темнокожая рожа.

Эх, где же моё везение…

«Красный».

— Мальчик, тебя разве не учили, что с огнём надо обращаться осторожно? Нет? Ну так я тебе скажу, что под землёй с ним вообще играть нельзя. Уж не знаю, отчего, но сам воздух в шахтах иногда становится опасным. Он вспыхивает от любой искры, и пламя от таких вспышек обладает особой силой. Оно ломает брёвна в крепи, как тончайшие щепки и движется так быстро, что убежать от него никак нельзя.

Криво усмехаюсь:

— Ну я же убежал.

— Скорее улетел, — улыбнулся в ответ «красный».

— Как жаль, что ваши люди летать не умеют, — посочувствовал я.

— Вот ведь несносный мальчишка, уел, — беззлобно ответил на это южанин. — Лакки Неверзу всего-то неделя до пятидесяти лет оставалась. Обещал закатить грандиозную пирушку с лучшими девочками. Кто бы мог подумать, что какой-то мудавийский мальчишка оставит лучшего копейщика клана без юбилея.