Обычное движение, но почему-то от него повеяло холодом, и в этом отчуждении была исключительно моя вина.

— Андрей, я…

— Что «я»? Ты испортила весь сюрприз, Рапунцель, — обвинил меня тоном обиженного мальчика. Но от прозвища, которым он меня опять назвал, стало чуточку теплее. Только сам Андрей оставался хмурым.

— Простишь? — Пришлось состроить виноватую рожицу.

— Я подумаю. — Мгновенно согласился Макарский, растянул губы в довольной, я бы даже сказала, коварной полуулыбке и многозначительно поиграл бровями.

Вот же гад!

— Андрей! — возмутилась такой дерзости.

— Что? — удивился.

— Ты опять?

— А как ты хотела? Ты портишь мне весь сюрприз и надеешься остаться безнаказанной?

Ну вот, в Макарского вернулся прежний он, но на этот раз я была этому очень рада и даже не скрывала этого.

— Ну… — протянула, неопределенно поведя плечами.

— Признавайся, ты наверняка решила, что я ужинаю исключительно девственницами? — От его шепота, коснувшегося моего слуха, по телу промчалась толпа мурашек.

— А это так? — ответила вопросом на вопрос, тщетно пытаясь совладать с собой и оставаться серьезной.

— Нет. Это не так, Рапунцель.

Я ими исключительно завтракаю. — Поделился своим «секретом» этот балабол. — Но твоей маме я обещал вернуть тебя живой. Так что пока живи, — разрешил великодушно.

Но то, каким тоном это было произнесено, говорило, что это ненадолго.

Глава 26

На меня снова летел огромный шар, на этот раз зеленый. В финале, в зал были запущены легкие надувные шары гигантских размеров, и устоять, чтобы не участвовать, казалось бы, в совсем детской игре я не смогла. Я подставила ладони, готовая оттолкнуть от себя его, но не успела — Андрей опередил.

Обернулась на него, радуясь, что он тоже присоединился к ребяческой забаве. До этого Макарский гордо оставался на месте.

— Ева, нам стоит поторопиться, иначе мы рискуем на добрых часа два застрять потом в пробке, — прошептал мне на ухо.

Его рука лежала на моей талии и настойчиво подталкивала к горящей надписи «Выход». Уходить не хотелось. Мне не просто понравилось, я была в восторге, в полном смысле этого слова.

— Хорошо, — согласилась.

Но мы оказались не одни такие предусмотрительные, лишь ненамного опередив основную массу. Андрей не отпускал меня ни на секунду, потому что движение было таким хаотичным, и меня быстро бы оттеснили от него.

Я сама вжалась в Макарского, и, пока мы не добрались до парковки, нас прилично так потрепало. Андрей сердился, что ему несколько раз приходилось буквально отпихивать от меня посторонних, а мне было весело.

— Андрей, это было су-у-пер! — воскликнула.

— Рад, что тебе понравилось, — прозвучало сухо по сравнению с моим восторгом, и сам Макарский оставался серьезным. Мы словно поменялись с ним местами.