— Откуда ж я знал, что ты плавать не умеешь? — всплеснул он руками.

— Ага, и языка у тебя нет, чтобы спросить об этом, — презрительно фыркнула я. — Ты немой и глухой с рождения. И вообще дефектный.

Голова немного кружилась, но в целом я чувствовала себя довольно сносно. А фраза «Везёт, как утопленнице» обрела особый смысл.

— Я нормальный! — возмутился этот садист.

Ну, это смотря с какой стороны посмотреть.

— Ага, и с памятью у тебя тоже всё хорошо, — фыркнула я.

— Я что-то забыл? — растерялся этот тип.

— Конечно! Совесть в прошлой жизни. И раз уж решил воссоздать логическую цепочку, то первым пунктом там идёт «напоить-покормить». А ты меня сразу топить поволок! — с укором посмотрела я на него.

Эльф был озадачен.

— Я сейчас это исправлю, — он снова щёлкнул пальцами, и широкий прикроватный столик оказался уставленным едой. Она пахла так аппетитно, что у меня аж слюнки потекли, а желудок свело от голода.

— Ты так и не ответила, как ты себя чувствуешь, — пододвинул он ко мне всю эту прелесть, помогая сесть на кровати. — Нужно ли позвать лекаря?

— Не надо, — отозвалась я, оглядывая себя.

Под одеялом я оказалась одетой в белую мужскую рубашку (видимо, айсберг от сердца оторвал — пожаловал мне из своих запасов) и странные хлопковые панталоны.

— Но ты забыл ещё кое-что, — отметила я, принимаясь за еду.

— И что же? — вскинул он бровь. Ну почему он такой красивый, зараза?

— Сказать мне своё имя.

— Айситар, — после долгой паузы представился эльф.

— Айс, — я чуть не подавилась котлеткой. — Кто бы сомневался. А фамилия небось Фрозен? Или Фрост? А может, Колд? Мороз? Снежинка? Снеговик?

— Леранэль, — растерянно ответил эльф. На его обеспокоенном лице была написана уверенность, что при утоплении у его подарка повредился мозг. Кислородное голодание и всё такое. — Я всё же позову лекаря. На всякий случай, — кинул он на меня опасливый взгляд.

— Симпатичного? — уточнила я, поглощая вкусный салат. Надо отдать должное, кормят тут отменно.

— Какая разница? — синеглазый был озадачен.

— Тебе — никакой, — согласилась я. — А мне вот очень даже интересно, кто меня будет осматривать и ощупывать — дряхлый старик или красавчик брюнет.

— Тебе нравятся черноволосые? — прицепился этот Снежок к последней фразе.

— Ревнуешь? — вскинула я бровь.

Эльф зачем-то схватил подушку. То ли поправить её хотел, то ли меня придушить.

Потом, наверное, вспомнил про моветон в плане умерщвления королевских подарков, поскольку нервно кинул её назад на кровать.

— Такие? — он изящно взмахнул рукой, и цвет его волос сменился на иссиня-чёрный.

— Ух ты! — я аж замерла с ложкой в руках. — Ты так сильно хочешь мне понравиться? Но можешь не стараться: я ещё не скоро забуду, как ты топил меня, словно котёнка. Токсичные отношения — не для меня, уж извини.