Неужели он не понимает, насколько противен мне будет этот поцелуй? Впрочем, осознанность короля сейчас чуть выше, чем у грецкого ореха.

— После того, как ты сотрёшь любовную привязку, — попробовала я торговаться.

— Нет. Прямо сейчас, — по тону Дариона было понятно, что спорить бесполезно.

— Ладно, — сдалась я. — Но сначала дай клятву, что ты их не тронешь. И тех, что у дверей твоего кабинета, тоже, — добавила я на всякий случай.

Король мягко усмехнулся:

— Умеешь ты из мужиков верёвки вить.

— Помни об этом и держись от меня подальше, — раздражённо повела я плечом.

— Я пытался, не получается, — вздохнул он. Протянув руку к короне, он дотронулся до одного из украшающих её камней: — Клянусь своей жизнью, что не стану наказывать охранников, за которых радеет Валерия Леранэль, в обмен на её поцелуй в губы. Ты довольна?

— А почему клятва не на крови? — заподозрила я подвох.

Но Дарион аж оскорбился:

— Эта сильнее!

Вроде искренен.

— Верю, — обречённо кивнула я.

Подойдя к эльфу, я привстала на цыпочки и потянулась к его губам. Чтобы удерживать равновесие, вцепилась одной рукой в лацкан его камзола.

Дарион подался мне навстречу, чуть наклонился, чтобы мне было удобнее.

Король был красивым мужчиной, но этот поцелуй не принёс мне ничего кроме омерзения. Я торопливо чмокнула его в губы и тут же резко отстранилась, даже не скрывая, как меня передёрнуло.

— И это всё? — брюнет был разочарован.

— Длительность и глубину мы не обговаривали, — мрачно парировала я, без стеснения вытирая рот рукой. Такое чувство, что я запачкала губы в какой-то жиже.

— Тебе так сильно не понравилось? — глядя на мою реакцию, расстроился Дарион. — Наверное, всё дело в магии истинной пары. На тебе до сих пор эта метка. Она не позволяет тебе испытывать влечение к другим мужчинам. Значит, Айситар пока ещё жив.

В душе всё похолодело.

— Что ты имеешь в виду? — судорожно выдохнула я. — Казнь же должна состояться завтра в полдень?

Вместо ответа этот гад отвернулся к окну, строя из себя саму загадочность.

На грани паники я схватила его руку и впихнула в ладонь Эразер, торопливо выпалив:

— Я, герцогиня Валерия Леранэль, прошу магию этого мира стереть с короля Дариона все чары, включая любовные.

Король мог отдёрнуть свою конечность, если бы захотел, но он стоял неподвижно, позволяя мне активировать артефакт.

Короткая яркая вспышка — и Дарион пошатнулся с коротким стоном, хватаясь за голову. А потом просто осел на пол. Я бы даже сказала, рухнул — быстро и совершенно не царственно.

Эразер выпал из наших рук, покатившись куда-то под шкаф, но никого из нас это не волновало.

— Что происходит, Дарион? — я была вне себя от страха за мужа.

— Валерия… — простонал брюнет, закрыв лицо руками. То ли ему было стыдно за всё, что он натворил, то ли физически больно.