А может, вернуться в прирубок и взять ее силой прямо там, перед ее любовником? Хотя что для нее насилие? Еще будет рада, сучка, что сам новгородский посадник польстился на ее тело! Нет, ее накажут иначе. Все увидят ее позор. И в конце концов она сдохнет. Задохнется в дерьме…

– Режьте подушки, – громко приказал Коснятин слугам, – несите навоз…

58

Я плохо помню, что случилось… Откуда-то возник Журка. Он говорил, что выжил, и не позволял мне освободить Горясера, а потом появился Коснятин…

Крики… Горясер, без памяти, с опущенной на грудь головой и скованными руками… Эти проклятые кандалы! Я пилю, пилю… Меч над его головой… Помню удар, свой крик «Нет!», а потом тишина…

Тишина. Его голова на моей груди, и хриплое дыхание…

Я пришла к нему. Мы стали единым целым. Добром или злом? Не знаю… Единым…

– Выходи!

Свет плещет мне в глаза. Яркий свет факелов. Больно…

– Горясер!

Кто-то грубо тянет меня за руки. Жалобно звенят цепи…

– Горясер!!!

Меня выталкивают на двор. Смех, улюлюканье… Почему так светло? Уже день? Нет, это свет факелов. Как их много… Люди с лицами, искаженными злобной радостью…

– Горясер!!!

Коснятин стоит на крыльце. Смотрит на меня. Чего ему надо? Неужели он еще ничего не понял? Самый завидный жених… Какая я была дура!

Жестокие чужие руки срывают с меня одежду. Холодно…

Я стою голая перед смеющимися людьми и Коснятином.

– Тварь! Прелюбодейка!

Коснятин спускается ко мне. В его руке нож. Вот дурачок.. Разве меня напугаешь ножом? Смерть не страшна. Она приносит облегчение. Я не боюсь.

– Ты обманула меня! – Его рука больно дергает меня за волосы.

Почему голова вдруг стала такой легкой? И что это длинное, похожее на змею болтается в руке посадника? Коса? Моя девичья коса?

– Позор! Срамница! Сучка!

Он трясет моей косой перед людьми.

«Отрезали мою красу, мою длинную косу…»

Из какой же это песни? Не помню…

На меня натягивают мешок. Утопят? Нет, топят только ведьм, а я не ведьма. Я просто нарушила их глупые людские законы. Я отдалась тому, кого любила и буду любить даже после смерти. Как жалки и смешны эти люди! Они думают, что восстанавливают справедливость. Нет высшей справедливости. Есть душа. И она свободна в выборе. Моя сделала свой выбор уже давно. В тот миг, когда запылала огнем небесной звезды Летунницы…

– Получи!

Что это такое липкое и горячее бьет меня по щеке? Как воняет… А руки словно тряпочные, не поднимаются, чтоб вытереть.

– Дерьмо! Задохнись в дерьме, дрянь!

Ах вот оно что! Знаю. Измажут навозом, изваляют в перьях, выгонят из города… Может, забьют камнями, пока гонят. Жалко, что не успела поцеловать ЕГО. Ничего… После того как я умру, мы все равно встретимся…

– Вот тебе! Вот!

Горячо. Что-то хлещет по коленям. Я падаю? Боль… Боль… Пух забивается в рот.