– А вот этого они как раз и не боятся, – наставительно ответил Ахмет-хан. – Тут бандиты совсем не те, что в России. Это наши каторжные постреляли, что под руку подвернулось, схватили, и дай бог ноги. Местные драться будут насмерть. Понимают, или они всем силу свою покажут, или их самих скоро в колодки забьют.

– Что-то они у тебя не бандитами выходят, а каким-то идейными бойцами, – задумчиво проворчал Матвей.

– Идейные и есть, – презрительно усмехнулся толмач. – Только идея у них своя. Окрестности эти под себя подмять и быть тут кем-то вроде царей. Всё только по их решению происходить будет.

И ради этого они любого зубами грызть станут.

– Всё равно не сходится, – упёрся Матвей. – Ну, сам посуди. Какой смысл им насмерть резаться, ежели ничего кроме смерти не получат? Им ведь выгода да жизнь роскошная интересна, а не смерть в драке.

– А как же райские кущи? – иронично поинтересовался Ахмет-хан.

– Так они что, эти… как их, непримиримые? – недоверчиво уточнил Матвей.

– Почти. Или здесь жизнь в роскоши, или там, в райских кущах, раз в бою с неверными погибли.

– Не было печали, – растерянно буркнул Матвей, ероша пальцами чуб.

– Потому сотник твой план и принял. И опасности для казаков мало, и банду всю в несколько выстрелов взять можно. Понял теперь?

– Понять-то понял, да только всё одно не вяжется, – помолчав, вздохнул парень.

– О, Аллах! Что тебе опять не так? – едва не взвыл от избытка чувств толмач.

– Всё не так. Вот смотри. Бандиты решили эти места под себя подмять и всех, кто тут обитает, данью обложить. Верно?

– Верно.

– Заодно со всех проходящих по этим землям откупного получать, чтобы не грабили. Так?

– Так.

– И при чём тут война с неверными?"

"– А при том, что иноземцев тут с давних пор терпеть не могут.

Одно дело, коль они сюда торговать приехали, и совсем другое, ежели с оружием идут. Или наша сотня сильно на караван купеческий похожа?

– И потому нас обязательно надо уничтожить, даже если мы просто мимо едем? – задумчиво уточнил Матвей.

– Именно.

– А шейх, выходит, на том сыграть решил, – сообразил парень, сложив все кусочки мозаики.

– Догадался, – одобрительно усмехнулся толмач.

– И прок нам с того, что местный шейх это дело нам крепко запомнит, и после помогать станет, нужда у нас возникни, – продолжал развивать свою мысль парень.

– Верно.

– А он запомнит? – чуть подумав, ехидно поинтересовался Матвей. – Ежели я правильно помню, мы для них неверные, а значит, нас обмануть не грех вовсе.

– А вот тут ты крепко ошибаешься, – решительно заявил Ахмет-хан. – Эти дети пустыни своё слово держат крепко. И коль он сказал, что за такую помощь всегда в ответ помогать станет, значит, так и будет.

– Пока он жив. Шейх сменится, а другой сразу всё забудет, – отмахнулся Матвей.

– Нет.