Дёргаю несколько раз рубашку, впуская под неё прохладный воздух.

— Ух!

Подмигиваю в экран.

— Я скоро приеду, родная.

— Ну всё, Яш, перед смертью не надышишься. Едем! А то опоздаем.

Окна в тачке открыты.

— Аааа!!! — пытаюсь скинуть я мандраж.

Пацаны угорают.

— ""Ты та, о ком бьётся в моей груди! "" — орем мы.

Подъезжая к воротам лупим по клаксону.

Я встаю, высовываясь в люк по пояс.

— Ворота открывай, нас ждут, — улыбаюсь охраннику.

Ждут же. Алексей Михайлович меня лично пригласил. А это группа поддержки.

С недоумением жмёт на пульт.

Мы двумя тачками заезжаем внутрь. Встаём параллельно.

Стеклянные двери веранды открыты, ветер развевает белый тюль.

Яся выбегает на балкон. Рядом с ней любопытная макушка Стаси.

Ольга Валерьевна выходит навстречу. Шокированно приоткрывает рот, застыв взглядом на саксофонисте в люке второй тачки.

— Леш!! — на мгновение оборачивается она.

Провожу пальцами по струнам. Усилитель разносит звук. Глядя Яське в глаза пою для неe, не чувствуя, как играю и своего голоса.

— ""…Всё что было до меня — обнуляй! Жизнь — море, ща поныряем…""

Гитара звенит, саксофон выдаёт глубину.

Яська, пища, танцует на балконе. Я расслабляюсь… Начинаю выдавать с кайфом на кураже, забывая обо всём на свете, кроме нее.

— ""Только ты давай, мне доверяй!.."" — закрыв глаза, Царевна красиво вьётся под партию саксофон. — ""Будь моей, на всё забей! Ты моя… та самая!""

Замирает, пряча лицо в ладонях.

Играет только саксофон. Мои пальцы на струнах останавливаются.

— Ясь, выходи за меня?…

Разворачивается, исчезая за дверью.

Сердце срывается в тахикардию, не дыша, замираю.

Пацаны вытягивают из моих рук гитару. Дёргают меня вниз, выпихивают из машины. В руки всовывают букет.

Ясь, ну где ты??

Не выдерживая, срываюсь ей на встречу.

Тюль поднимается порывом ветра. Мы встречаемся на его границе.

— Да? — потеряв голос, двигаю губами.

— Да!!

Сминая букет между нами, бросается мне на шею.

Мне кажется, от улыбки у меня щеки треснут сейчас! И сердце окончательно пробьёт грудную клетку, решив переехать в плен к Царевне на постоянное жительство.

Ловлю тюль, примеряя его Яське как фату и, закрывая глаза, впиваюсь в сладкие губы.

— Йуху!!! — стреляют сзади пацаны шампанским.

— Люблю… Люблю… Люблю… — между поцелуями шепчет моя счастливая Царевна.

Мои щёлкают на камеру нас таких бессовестно счастливых, открытых, немного смущенных и неловких.

Открываю коробочку с кольцами.

Надеваю на пальчик ей. Она — мне. Играясь, стукаемся колечками.

Сакс красиво играет на фоне.

Парни всовывают нам в руки бокалы. И Алексею Михайловичу с Олей Валерьевной — тоже.

— Вы чего не предупредили?.. — шепчет она, прижимая к сердцу руку.