— Наташа, — наконец размотала она шарф, представив нам вполне симпатичное лицо, — и давайте сразу расставим точки на «ё».

— Давай, — кивнул Юра улыбаясь.

— А что я смешного сказала? — начала заводиться Наталья, — или вы тут такие же все, думаете что у мужиков мозгов больше чем у баб и что они ни на что не способны?

— Ну чисто физиологически, — открыл было рот Юра.

— Засунь в задницу себе физиологию… — огрызнулась Наталья, а потом немного стушевалась и обратилась к Сергею, — мальчик, будь так добр, закрой ушки. Так вот…

— А чего ты взвилась? — протянул я ей кружку, — тебе еще никто, ничего не сказал, а то, что ты себе сама уже успела придумать… ну уж извини, твои проблемы.

Держи чай.

— Спасибо, — буркнула она в ответ, — да просто последнюю неделю вся на нервах… я с «Вождем», ну с Андреем в смысле разругалась… В сталкеры не брали, определили всех баб в стиле «молчи женщина»… а я так не привыкла, понимаете? Я самодостаточна, всю жизнь одна и многое умею.

— Самодостаточность и умения это отлично, — сказал Юра, — стрелять умеешь?

— Конечно, — даже удивилась она, — три года на стенде…

— Ого! — это радует.

— Вот, тебя радует, а в Цоколе мои навыки никому не нужны… жрать только им готовь!

— Ну у нас тут тоже, скажем «наряды» по кухне…

— Мне Воронцов, мент который, сказал, что у вас тут все на равных правах.

— Правильно сказал, — кивнул я, — за некоторым исключением.

— Каким же? — снова нахмурилась она.

— Вот к примеру Юра, — ответил я, — все что касается вооружения и безопасности, то он у нас главный. Вовка, он выживальщик на всю голову, я в технике неплохо разбираюсь, а Серега нам всем помогает и всему учится.

— А… в этом плане, — отпила чаю Наталья, — ну, я мотоцикл вожу, стреляю, готовить… ладно, готовить умею, а вообще по профессии я художник, и в школе работала до «дня тишины».

— А семья?

— Нет семьи, детдомовская я.

— Понятно. Что, успокоилась?

— Ага, — улыбнулась она, и расстегнув комбинезон добавила, — уф… и согрелась.

16

За боротом было в пределах относительной нормы по нынешним временам, т. е. около минус двадцати, но было очень ветрено. Снег не шел с того дня, когда прошел град и ураган, и теперь даже при сильном ветре особо не вьюжило, было нечем, по всей поверхности снежного покрова образовался толстый наст.

А в городе можно было уже наблюдать тропы, нахоженные ногами и параллельно лыжня, накатанная теми, кто использовал для передвижения лыжи. Люди перемещались спокойно, кое где можно было наблюдать одиноко стоящего человека у какого-нибудь магазина или магазинчика — на стреме стоит… значит, в самом магазине явно орудуют его друзья.