Я все уберу, даю слово, — он многозначительно свел на переносице брови, и Зора понимающе кивнул.

Пока Рассел посыпал зеркало порошком, смазывал какой-то желтоватой смесью и что-то там нашептывал, Дастиан снова попытался завладеть вниманием Ивейны. И вновь встретил яростное сопротивление геронского принца.

— Я всего лишь хочу поговорить с Иви, Эйнар, — упрекнул его амиран, — ты становишься каким-то собственником.

— Она уже не избранная, она моя невеста, Дастиан, — упрямо ответил тот, пряча Ивейну за своей спиной. — Хватит тянуть к ней свои руки, ты знаешь, как это меня раздражает.

— У тебя их сто восемьдесят шесть! Сто восемьдесят шесть, Эйнар! — закатывал тот глаза, но Эйнар был тверд, как скала.

— Мальчики, не ссорьтесь, — примиряюще выглянула из-за его плеча Ивейна, — амиран Дастиан прав, Эйнар, я уверена, кто-то из оставшихся ста восьмидесяти пяти претенденток обязательно опередят меня в любом из испытаний.

— Что ты говоришь, Иви, — поморщился Эйнар, — да на что они годны против тебя? Ты бы еще сказала, что я смогу хотя бы с одной из них провести день, ни разу не зевнув и не уснув в итоге.

На эти слова Рассел на минуту отвлекся от работы и загадочно улыбнулся.

— Не отвлекайтесь, достопочтенный мэтр, — попросил Рассела магистр Зора, — у меня масса дел. Давайте уже, показывайте, куда передавать видения, и я пойду. Только помните, вы обещали! — он многозначительно посмотрел на Северина.

— Не сомневайтесь, — ответил ему тот и, едва заметно указав в сторону спорящих принцев, шепотом добавил: — Им еще рано такое смотреть, мэтр, они слишком молоды!

Зора согласно кивнул.

Глава 17

— Все готовы? — Рассел дождался нестройного «да», сделал пас рукой и встал перед зеркалом сбоку от кресла Ивейны.

По зеркалу пошли цветные полосы, Рас нетерпеливо поводил руками, полосы пропали, и в зеркале повилось изображение огромного ристалища в виде арены, где места для зрителей ярусами устремлялись вверх. Сейчас ярусы были переполнены, люди восторженно смотрели в небо, задрав головы, а в небе величественно парил дракон.

Он был огромен и прекрасен, его золотая чешуя горела и переливалась на солнце, и Ивейна прижала ладошки к щекам.

— Дастиан, — прошептала она, — это же ты!

— Я не такой громадный, Ив, — тот судорожно сглотнул и сжал ей локоть.

Дракон приземлился посреди арены, и, подрагивая пластинчатыми крыльями, издал грозный рык, выгнулся, а уже через миг перед ликующей толпой предстал амир Бальденор Болигард, и Ивейна снова восхищенно ахнула.

— Вы и правда очень похожи на своего деда, ваше высочество, — уважительно молвил Рассел, а Эйнар лишь завороженно следил за изображениями в зеркале.