Того так утомляли каждодневные перелеты, что сенора Тона как-то, смущаясь и пряча глаза, предложила королю пройтись в ближайший лес за порцией драконьей лапчатки. Тот послушно последовал за травницей и вернулся с полной корзиной, зато теперь они на пару с сыном принимали отвар строго по часам. Надо сказать, чувствовать себя король стал значительно лучше.

— Так нельзя, сын, Ивейна девочка, вы не можете спать в одной комнате, — возразил Сагидар, отхлебывая из кружки.

— Да какая же она девочка, отец, она мой друг, — умоляюще сложил руки Эйнар. — И она настоящий пират.

— Я пират, ваша светлость, — подтвердило это маленькое уморительное создание, тряхнув темными кудрями, — хотите, я покажу вам свою пиратскую шхуну? Мне отец смастерил, когда Эйнар выздоровеет, мы поплывем с ним в плавание. Если хотите, можем и вас взять.

— Вы считаете, все правители Героны просто обязаны уметь грабить торговые судна, маленькая сенарина? — спрашивал король и покатывался со смеху, глядя, как морщит узкий лобик девочка, раздумывая, зачем и правда его высокородию с его светлостью подаваться в пираты. И что же она такая некрасивая, вот ей бы к ее большим черным глазам да ровный носик, округлое личико и пухлые губки и тогда она вообще была бы замечательной красавицей.

Его светлость очень хотел отблагодарить семейство Верон, он мог подарить им дом, землю и даже даровать титул. А потом подыскать леди Ивейне хорошую партию. Но желающих на такую невесту не много найдется, разве что охочих до приданого, но Сагидар искренне желал девочке счастья, а в муже, любящего не жену, а ее деньги, счастья не много.

Ивейне позволили вернуться в свою мансарду, а вечером того же дня король с королевой, поднявшись взглянуть на спящего сына, со смешанным чувством восторга и изумления смотрели, на наследного принца, разметавшегося в своем пуховом облаке с безмятежной улыбкой. А напротив у стены в своей кроватке спала Ивейна Верон, подложив под щечку обе ладошки, укрытая необычным одеялом — белоснежными крыльями орланов, распростертыми над спящей девочкой.

Король пытался расспросить Тону Верон об орланах и даже вызвался собрать очередную порцию драконьей лапчатки. Но травница все твердила, что муж ее Абидал подобрал у реки птенцов, она подлечила их, а те возьми да и привяжись к дочке. Вот такой у нее муж добрый и сердечный человек, и все-то на нем ездят, как вот например в минувшем году совет старейшин наняли его соорудить к ярмарке альтанки для продажи сладостей, и что б вы думали, ваша светлость, ни форина не заплатили.