Сейчас передо мной стоял классический образец из категории «очень темный, очень властный». Правда, его маска больше напоминала Серебряного Сёрфера[2], чем беднягу Энакина. Единственное отличие это волосы и глаза. А так – ну прямо близнецы.

Рука сама собой потянулась к слегка опешившему дэйру.

Не дотянувшись до его лба, я сделала шаг вперед. Потыкала пальцем в твердую грудь, затянутую в черный китель с золотыми эполетами. Подергала аксельбанты. Потом потрогала волосы дэйра. И правда, косички. Тонкие, длинные, штук сто – не меньше. А на концах поблескивают мелкие черные бусины.

Тихонько хихикнула.

Кажется, я схожу с ума. Иначе как еще объяснить эйфорию, что внезапно охватила меня?

Дэйр не мешал. Стоял молча, положив руки в белых перчатках на серебряный набалдашник трости. И наблюдал за моими действиями, скептично приподняв одну бровь.

Я продолжала трогать его, мысленно удивляясь, а чего это он по рукам мне не даст? Странный какой-то. Или решил посмотреть, как далеко я могу зайти?

Хм… а мне и самой интересно: как далеко?

Эта мысль меня развеселила. Я снова хихикнула, теперь уже громче.

Вторая серебряная бровь дэйра выгнулась домиком.

Ой, а что это с ним?

Лицо дэйра начало расплываться у меня перед глазами. И не только его лицо. В голове появился загадочный шум.

Я потрясла головой. Кажется, у меня что-то не так с глазами. Иначе, почему серебряная маска дэйра обрела вполне узнаваемые черты Шейна? Только глаза оставались по-прежнему черными.

- Глюки, брысь! – шикнула я.

Покачнулась и, чтобы устоять на ногах, схватилась за плечи мужчины.

Он удержал меня от падения.

Его лицо оказалось так близко, что я утонула в черных глазах.

- Упс… Я нечаянно!

- Ну хватит, – сквозь шум в ушах услышала жесткий голос. – Шейн, забери ее, запри где-нибудь, пока не придет в себя. Не хочу, чтобы она таскалась за мной по всему кораблю.

Пальцы в белых перчатках сжали мой подбородок. Нагнувшись, дэйр заглянул мне в лицо, хмыкнул и скептично добавил:

- И да, введи ей антидот. А то весь корабль слюнями зальет.

Словно со стороны, увидела свое отражение: с вытаращенными глазами, в которых застыло неземное блаженство, дурацкой улыбкой и ниточкой слюны, свисающей с уголка губ.

- Ну знаете! – с гордым (как мне казалось) видом вытерла губы и захлопнула рот. – Я себя еще контролирую!

- Даже не спорю.

Черные глаза сменились небесно-голубыми.

- Шейн! – заулыбалась я, глядя на бодигада. – А ты чего хмуришься?"

"Киборг и в самом деле выглядел сердитым. Но ведь он не может сердиться, у него нет эмоций. Точнее, они есть, но их отключили. А если отключили, то он не может сердиться. А если не может сердиться, то и хмуриться тоже.