Потом, канавки — арыки — вещь хорошая, но их надо обкладывать обожженной глиной, иначе большая часть воды будет теряться. А это — расходы на глину и работника, который налепит пластины, обожжет их, а потом выложит стенки и дно канав. Ещё дрова и уголь надо ждя обжига, и саму глину привезти.

— А тебе не всё равно, что часть воды впитается через стенки?

— Конечно, вода и так дорогая.

— Ты платишь за воду? — потрясенно уставился маг. — Но, почему? Вода же ничья, она для всех!

— Это в Империи она — для всех, а здесь вода — драгоценность, и принадлежит калифу. Вон, видишь, — женщина показала на улицу, — большой резервуар? В него накачивает воду из глубокого отверстия специальный насос.

Отверстия бурили маги калифа, насос тоже принадлежит ему, поэтому, все платят деньги за воду. Таскать ведрами обходится дешевле, чем провести незащищенный арык.

— Постой, но откуда калиф узнает, сколько ты ведер использовала, а сколько впиталось в землю или испарилось? Там кто-то сидит и считает? В каждом посёлке и городе, на каждой улице?

— Ему и не надо знать, есть специальные люди, маги, они раз в год, на Переломе Года, обходят дома и смотрят, на что расходуется вода, сколько людей живет, сколько скотины, определяют размер поливных насаждений, есть ли арык, и какой, — пожала плечами Мари.

 — Сейчас я за пользование водой плачу в казну калифа пять монет в год. Если прокопать арык и провести в него канаву от ёмкости, то платить придется пятьдесят монет, если арык будет защищенный, и восемьдесят, если нет.

— Так дорого?

— У меня много земли, которая требует полива, много воды уходит на зелья, мытьё бутылочек и стирку. В Тропиндаре все, кто не может на свое земле выкопать колодец, платят за воду в казну калифа.

Маги стоят очень дорого, так дорого, что свой колодец пробивать невыгодно, а вручную ничего не сделаешь, вода здесь слишком глубоко.

— Когда снимем наруч, — решительно проговорил Михаэль, — сразу перенесемся сюда переходом, и я выведу тебе собственный источник, больше тебе не придется платить за воду!

Мари распахнула глаза — собственный источник? Единый, о таком она и мечтать не могла…

— Не смотри так, я же водник, — улыбнулся мужчина, — воду чувствую даже с наручем, только сейчас позвать её не могу.

Вон там, — он ткнул пальцем в западную часть заросшего сада, — на глубине тридцать- тридцать пять метров находится подземная река. Я выведу её на поверхность, обложим русло, вход и выход камнями, чтобы не размывало, и будет у тебя неиссякаемый водоём.

— Спасибо! — Мариэта боялась поверить в услышанное.

— Ещё не за что. Ты закончила поливку? Покажи мне, что надо расчищать.

Мариэта бросила вёдра и ткнула перед собой, проведя рукой слева направо:

— Всё это.

— Всё? — ужаснулся Михэ.