Да что там — она даже… она не ограничивалась тем, что приходилось делать тут, в отделении. Она интересовалась дальнейшей судьбой своих пациентов. Она навещала их дома, помогала родственникам наладить жизнь. Поверьте, она была просто необыкновенным человеком.

— А чьи дома она посещала?

— Что?

— Ну, в дома каких пациентов она заходила?

— Ах, вот в чем дело… Ну, я точно не знаю. Она посещала нескольких. Но я не помню.

— А вы попытайтесь припомнить.

— Нет, честное слово…

— А вы все-таки попробуйте.

— Погодите, погодите, дайте подумать. Тут у нас лежал один мужчина с переломом обеих ног — производственная травма.

Клер тогда проявила необычайный интерес к его семье. Проявляла заботу о детях, сидела с ними. Или вот в начале прошлого месяца поступила к нам женщина с прободением аппендикса. Жуть просто: тут и перитонит, и абсцессы, и вообще — все что угодно. Она пролежала у нас довольно долго, кстати ее и выписали-то только на прошлой неделе, если хотите знать. Клер очень внимательно отнеслась не только к ней, но и к ее дочери, девчонке лет шестнадцати. Она продолжала интересоваться ею даже после того, как женщину выписали из больницы.

— Как это понять?

— Она звонила ей.

— Этой девочке? Прямо отсюда — из отделения?

— Да.

— А о чем они разговаривали?

— Ну уж этого я не знаю. Я не подслушиваю чужие…

— И как часто она звонила ей?

— Ну, довольно часто, особенно последнюю неделю. — Мак-Элрой помолчал немного, припоминая. — А если уж быть точным до конца, то однажды девушка эта звонила ей сюда. Представьте, звонила в больницу.

— Правда? Прямо сюда звонила? А как зовут эту девочку?

— Этого я не знаю.

Но можно посмотреть фамилию ее матери, она должна быть в истории болезни.

— Будьте любезны, — сказал Карелла.

— Вам это тоже кажется не совсем обычным, правда? — спросил Мейер. — Едва ли это принято — поддерживать контакты с дочерью пациентки уже после того, как саму пациентку выписали домой?

— Нет, ничего особенно странного тут нет. Большинство сотрудников социальных служб не выпускают из поля зрения своих подопечных, а, как я уже сказал, Клер…

— А не кажется ли вам, что в случае с этой девушкой имела место и личная заинтересованность?

— Клер всегда и во всем…

— Извините, доктор Мак-Элрой, но, я полагаю, вы понимаете, что я имею в виду.

Была ли заинтересованность Клер Таунсенд в судьбе этой девушки большей, чем в судьбе любой другой пациентки или кого-нибудь из членов их семей?

Мак-Элрой долго обдумывал ответ. Наконец он произнес:

— Думаю, что да.

— Так. А теперь не покажете ли вы нам историю болезни?

* * *Вернувшись в участок, детектив Хол Уиллис засел за изучение результатов вскрытия трупа Энтони Ла-Скала.