Князь о чем-то попросит тебя.

— Считаешь, что мне нужно ему отказать?

— Нам не стоит тягаться с ним, Миша, — Лилия смотрела на меня через зеркало. — Наша семья пока не может позволить себе диктовать условия или заводить новых врагов. Но и показывать слабость нельзя.

Она загадочно улыбнулась, протянув мне флакон с парфюмом

— Уверена, что ты не ударишь в грязь лицом.

Затем она приподнялась на носочки и коснулась губами моей шеи.

— Ты чего… — опешил я.

— Поцелуй наудачу, — шепнула она прежде, чем отодвинуться.

А потом вышла прочь не оглядываясь.

— Как она это делает, — выдохнул я и тряхнул головой, пытаясь прийти в себя.

Снизу донеслось:

— Машина вас ждет, Михаил Владимирович. Негоже опаздывать на важную встречу.

Глава 7 Переговоры

Сборы и дорога заняли немного времени. Но когда я вошел в ресторан, администратор уже встречал меня у двери.

–Мастер Морозов, прошу. Юрий Александрович ожидает вас.

Работник ресторана повел меня вглубь зала. И я последовал за ним.

Князь Шереметьев расположился в одной из разгороженных кабинок, напротив окна. Перед ним, на столике, стоял чайник с отваром и две чашки:

— Благодарю, любезный, — мягко произнес он, когда администратор пропустил меня вперед.

Слуга поклонился и вышел, закрыв за собой дверь.

— Доброго дня, мастер Михаил Владимирович, — поприветствовал меня князь и указал на свободный диванчик напротив. — Прошу, присаживайтесь. В ногах, как говорится, правды нет.

— И вам доброго дня, Юрий Александрович, — осторожно произнес я.

Мужчина был высоким, жилистым, с широкими плечами, затянутыми в ткань пиджака в тонкую синюю полоску. Углы воротника его рубашки были украшены изысканными брошами в виде крыльев, между которыми свисали две цепочки из желтого металла.

— Костюм от Гаврилова? — предположил я.

Князь удивленно взглянул на меня, и ответил:

— Верно. Люблю этого портного. Старик знает свое дело. Смотрю и вы тоже не смогли отказать себе в удовольствии одеться у него.

— Признаться, никогда не выглядел так… прилично, — я усмехнулся.

— Привыкнете, Михаил Владимирович.

В свете, падающем из окна, стало заметно, что Шереметьев не стар, хотя его волосы серебрились частой сединой. Мелкие морщины в уголках глаз и глубокие складки вокруг рта показывали, что он часто улыбался. А сломанный когда-то нос с горбинкой давал понять, что мужчина не был тихоней. Он не стал выправлять искривленную перегородку, явно не считая эту особенность чем-то неприличным. В отличие от идеальных лиц ведьмаков, который смотрели на меня с плакатов, князь выглядел настоящим.

Шереметьев взял глиняный чайник, разлил отвар по небольшим чашкам. В воздухе поплыл аромат цветов, трав и ягод:"

"— Очень советую попробовать. Сбор с наших дальних островов.