— И для хозяев, которые вас позвали, приготовлю на гостинец. Думаю, Пожарские оценят.

— Кстати, — я вышел вслед за дворецким из оружейной, — Мне уже не впервые говорят, что наш чай легендарный.

— Он таким и является, Михаил Владимирович.

— А почему Морозовы не торгуют сбором в чайных лавках?

— Как говаривал старый князь: «Не все продается».

Я опешил, так как именно эту фразу сказал Юрию Шереметьеву. Просто думал, что прозвучит она достойно, а оказалось, что и мой названый отец говорил так же.

— Но ведь причина в другом, — не унимался я.

— Как только чай станет продаваться, он перестанет быть по-настоящему ценным, — Федор спрятал глаза, будто говорил не всю правду.

— У всех есть тайны, — проворчал я и пошел мимо него на кухню.

— Вы куда, княжич? — озаботился дворецкий.

— Взять пару пирожков на перекус, — я пожал плечами.

— Вас ждет обед в столовой.

Я подивился прозорливости слуги и свернул в нужную комнату. Сумку пришлось оставить у стены и занять место во главе стола. Передо мной тотчас поставили тарелку, наполненную густой душистой похлебкой из белой рыбы.

— А еще у нас сегодня пирог с молодой крапивой и сыром, — добавил Федор, пододвинув ко мне плетеную корзинку с ломтями хлеба.

— Никогда так сытно не ел, — поделился я впечатлением. — Если бы не тренировки, то наверняка заплыл бы жирком.

— У ведьмаков все сгорает. Ваша сила требует хорошего питания.

Оставшись один, я размышлял о том, что несмотря на то, что в доме и нет повара, едим мы до невероятности вкусные блюда.

После обеда я поставил косу и сумку в угол, уселся в кресло и взял планшет. Вбил в поисковой строке браузера запрос на пропажу людей и с интересом проверил результаты.

Но случаев было мало. А те, что были, не вызывали доверия.

Поиски прервал звонок Никона. Я отвлекся от чтения новостей, и взял со стола телефон:

— У аппарата."

"— Ну и задали же вы мне задачку, Михаил Владимирович, — послышался в трубке голос жреца. — Но я проверил все входящие заявки в Синод за последнее время. Так вот: была зарегистрирована заявка из Бергардовки. По поводу деревни… как же ее…

— Воронов холм, — подсказал я.

— Точно, — обрадовался синодник. — Так вот: в Воронов холм в порядке разъездной проверки были направлены ведьмаки из семьи Суворовых.

Так что все нормально, Михаил Владимирович. Для волнений поводов нет.

— Спасибо за помощь, — ответил я.

— Ну что вы, — отмахнулся куратор. — Пустое. Вы переживаете за селян, и это достойно уважения. Все ж таки, не зря я дал согласие на ваше вступление в семью ведьмаков.

— За тройную цену, — не удержавшись, напомнил я.

— Ой, ну бросьте. Помните притчу: кто старое помянет, тому глаз вон? И я считаю, что это был взнос на… непредвиденные расходы.

— Типа назначения в Салтыковку? — уточнил я.