Короче говоря, когда Эмми меня вытащила танцевать, я был уже в состоянии серьезной нажратости и ее инициативу воспринял благосклонно.

Морковка прыгала вокруг меня, ластилась, извивалась, дразня и не подпуская слишком близко.

И я захотел немного поиграть. В конце концов, почему бы и нет?

Это сейчас я понимаю, что спонсором моего легкомыслия выступило дикое количество выпитого, а в тот момент я думал, что вполне вменяем, а еще хорош и горяч. И Морковка — эйчар, а я был абсолютно уверен, что это именно она, хотя лица ее так и не увидел, тоже вменяема, хороша и горяча.

Мы как-то нашли друг друга в однообразии серо-морковных фигур, да так и слиплись в танце страсти.

Я точно не помнил сейчас, что такое говорил, как именно уговаривал кокетливо и смущенно смеющуюся Морковку пойти со мной “подышать”, но, видно, за время женитьбы и дальнейших событий, навык общения с женщинами все же не был утрачен полностью, что-то сохранилось. Потому что Морковка в итоге пошла.

Мы танцевали с ней под странную, но определенно зажигательную музыку, во мне было без малого полтора литра горючей жидкости, расплывающейся по венам огнем, а Морковка была такая податливая, такая горячая, что меня повело.

Она одуряюще вкусно пахла, невероятно соблазнительно, несмотря на морковкин прикид, двигалась, и совершенно божественно целовалась. Правда, коротко, не позволяя скинуть с лица длинный, оставляющий открытыми только губы, капюшон.

Поведение было слегка странным, но в тот момент мне все казалось интересным и сексуальным. Даже эта милая попытка в инкогнито.

Короче говоря, я, в качестве прелюдии, сладко позажимал хихикающую Морковку по всему нашему офисному коридору, твердо направляя ее туда, где нам никто не помешает, в мой кабинет.

Правда, до кабинета мы не сразу добрались, терпения не хватило у меня, но стол у Людмилы, моей секретарши, тоже подходил."

"Именно на него я жестко уложил грудью охнувшую от неожиданности Морковку, задрал ее плюшевый прикид, порадовался гению дизайнеров, предусмотревших молнии в стратегически важных местах как у Морковок, так и у Зайцев.

Очень это пригодилось.

За мгновение “до” я чуть-чуть застопорился, словно сомневаясь в правильности того, что делал. Все же, это как-то неуместно… Я — босс, она — моя подчиненная…

Но затем нырнул пальцами в плюшевые штанишки и забыл про все сомнения.

Морковка была возмутительно мокрой, дрожащей и горячей.

Ну вот как тут обрести ясность мыслей?

Я скользнул в нее сразу до упора и чуть не кончил от тесноты, обхвативших меня влажных стенок и низкого стона, с которым моя Морковка приняла меня.

Это сработало катализатором, голова отключилась окончательно, и остальное я помнил уже урывками.