Снова буду молить бога, чтобы папа выздоровел…

— Что-то случилось?

То ли под влиянием воспоминаний, то ли из-за особой внимательности, я присмотрелась к Сергею, узнавая в его осунувшемся виде, в тухнувшем взгляде, в слабости и мелкой дрожи от озноба, болезнь отца.

Прикрыла плотнее дверь и подошла к кровати. Ему действительно становилось только хуже. Испарина покрывала лоб, а когда я дотронулась до руки, почувствовала её горячесть.

— У вас температура. Сейчас я принесу воды и компресс.

Не стала слушать Сергея, привычно доставая из шкафа полотенца, готовя раствор для снятия жара, заваривая травяной чай с лимоном, всё как когда-то делала отцу. А сердце постоянно сжималось. Тогда я не могла предупредить смерть папы, но может сейчас получится? Может отца Кира я спасу?

Сергей еще не впадал в полубессознательное состояние от лихорадки, он молча наблюдал за моими приготовлениями и с благодарностью принял помощь. Тихо застонал, когда я протерла ему лицо влажной салфеткой и положила компресс на лоб.

Я сидела рядом и привычно проверяла, когда полотенце нагревалось, убирала со лба, опускала в холодный раствор, отжимала и снова пристраивала на лоб.

Лихорадочный румянец спадал и минут через пятнадцать Сергей уснул. Я в очередной раз сменила компресс и успела сбегать на кухню перекусить, по пути давая нанятой экономке указания, какие овощи и фрукты купить, а главное, что сварить отдельным меню для отчима.

— Он заболел, думаю, будет правильным перевести его на щадящее меню, — с виноватой интонацией пояснила я.

Сама знаю, сколько дополнительных трудов ляжет на ее плечи, как раньше всё лежало на моих. Но так будет правильно. Сергею надо выкарабкаться.

Когда я вернулась, он уже не спал.

— Как себя чувствуете?

— Лучше, — тихо и серьезно произнес Сергей, а потом добавил: — но странно, что стоило тебе вернуться, как я заболел.

— Вы заболели раньше, — поправила я.

— До этого была обычная простуда, легкое недомогание. Сейчас меня лихорадит, полностью лишая сил.

Я осторожно присела на край постели. Теперь мы сцепились взглядами, ведь мы оба подозревали!

— И что вы думаете? Скажите, потому что я тоже хочу кое-что вам рассказать, но мне было бы проще, если вы будете первым.

— Ты пытаешься отравить меня? Зачем?"

"Я вздрогнула. Почему-то я не ожидала обвинения, надеялась, что у нас одна догадка на двоих.

— Не я. Зачем мне это? Мне тоже показалось, что от вас хотят избавиться, но подумайте, кому это выгодно?

— Моей жене, — со вздохом произнес Сергей и отвернулся, сжав челюсть и играя желваками.

— Сегодня я поймала Мари за приготовлением вам кофе, и заметила, как она подлила в него несколько капель из флакончика без этикетки.

Отчим резко, насколько вообще позволяло его состояние, повернулся ко мне.