Кретин по наивности думает, что будет спокойно мотать срок за меня, а там ему обеспечат хорошего адвоката, повторный суд или амнистию. Все для того, чтобы его вшивая семейка ни в чем не нуждалась. Разменял свою жизнь на их.

Как будто он не догадывался, что никто так рисковать не будет."

"Его прирежут в душе уже сегодня. Или уже прирезали. Мне плевать, если честно. Он — расходный материал, пища для хищников типа меня. Так сложилось, что некоторые люди — пища, а некоторые — хищники, и никто тут не виноват.

Зачем понадобилось его убивать? Все просто — мне не нужны свидетели.

К тому же у меня мать — ослица.

«Ваган, скажи, что это не ты! Я не верю, тебя заставили, ты не виноват! Я с тобой, мой мальчик!» — ее глупые слова до сих пор гудят в ушах.

Мне так и хотелось тогда ей заорать — это все я! Я — твое самое большое в жизни разочарование. Я не хороший мальчик, как твой Барсег, я другой, хоть раз увидь меня!

Да, моя мать — слепая ослица, упрямая к тому же. Она наверняка не оставит своих попыток со мной повидаться. И уж она наверняка поняла бы, что в тюрьме сижу не я, будь подставной зек хоть моим братом-близнецом… А он не близнец, хотя после того, как нам обоим измордовали лицо, мы практически идентичны.

К слову, подкупленные ребята изуродуют ему руки, так что ни по каким отпечаткам его не опознают. А данные зубной карты у моего стоматолога спецы уже заменили.

Все будет шито-крыто.

Уже через несколько дней, когда шумиха немного поуляжется, надежный человек переправит меня за границу. Потом частный самолет, Куба — и поминай как звали.

Но перед тем, как исчезнуть из этой проклятой страны навсегда, я решил сделать ма-а-аленькую остановку в пригороде столицы.

Отдать должок любимому братцу.

Я стою в дверном проеме и искренне наслаждаюсь моментом.

— Как ты здесь оказался? — хрипит Барсег.

Он явно в шоке.

Брат тянется к верхнему ящику стола, тому самому, что имеет хитрый замок, который я ювелирным образом взломал.

— Ищешь это? — я достаю из-за пояса черную беретту.

Когда обыскивал кабинет братца, не ожидал, что найду оружие. Он удивил и даже очень. Впрочем, как удивил и своей тупостью, распустив весь персонал сразу по приезде.

Теперь никто и ничто ему не поможет.

Барсег видит в моей руке оружие и бледнеет.

— Что ты так испугался? — подтруниваю над ним со смешком. — К тебе брат пришел, ты не рад? Давай выпьем коньяку, как в старые добрые времена. Ты мне пожалуешься на суку жизнь… Или на суку Снежану, как ты это раньше делал.

— На хер ты пришел в мой дом? — рычит он.

Барсег пытается подняться.

Но я быстро охлаждаю его пыл:

— Сиди и не рыпайся, братец. Налей себе еще, ты же хочешь…

Я кивком головы указываю на графин с коньяком.

Барсег резко дергает ворот рубахи.