А Снежана обводит мою шею руками, мурлычет тихо:

— Ты тоже вкусный.

Она вдруг целует меня в уголок губ. Несмело, по-девичьи скромно.

Но как же это сносит крышу! Как поджаривает все мои предохранители.

— Моя девочка! — рычу ей в губы.

Подхватываю под попку, усаживаю прямо на стол и впиваюсь в ее нежные губы голодным поцелуем. Задираю ее платье и трусь об ее промежность восставшим естеством, все еще упакованным в брюки. Ткань ее трусиков очень тонкая, я чувствую мягкую плоть за ними.

Я резко двигаю Снежану вперед на столе, устраивая удобнее.

Позади нее что-то опрокидывается.

Очень скоро выставленные ею кружки для чая сваливаются, к шутам, на кухонную плитку, бьются ожидаемо громко. Но даже этот оглушающий звук далеко не сразу привлекает наше внимание.

— О-о… — стонет Снежана.

Я мельком смотрю на белые осколки. Подхватываю Снежану за талию, заставляю обвить меня ногами и руками, да так и выношу из кухни, придерживая за попку. Еще, не дай бог, поранится, я не могу этого допустить.

Мне дико приятно оттого, что она позволяет так себя держать, обнимает меня, льнет. Я урчать готов, как довольный лев, который наконец получил желанную добычу в безраздельное пользование.

Несу Снежану прямиком в свою спальню.

Я так сильно мечтал вот так на руках притащить ее сюда хоть когда-то, что мне аж не верится, что это вправду происходит.

Я кладу ее на кровать.

Буравлю пожирающим взглядом, а сам раздеваюсь с космической скоростью, буквально сдираю с себя одежду.

Последними стягиваю с себя трусы, отшвыриваю в сторону.

Абсолютно голый надвигаюсь на свою женщину.

Снежана полулежит на спине, гипнотизирует меня взглядом.

Ее домашнее платье — не преграда.

Я целую ее колени, аккуратно развожу ноги, поднимаюсь выше, ласкаю губами внутреннюю часть бедер. Потом задираю мягкую черную ткань аж до талии, стаскиваю со Снежаны трусики, кидаю их на край кровати.

— Безумно тебя хочу, — говорю, глядя прямо в глаза.

Снежана не отводит взгляда.

Она проводит ладонями по моей обнаженной груди, тихо стонет, когда я ложусь сверху.

Я снова завладеваю ее губами, целую крепко, с нажимом. Одновременно приставляю член к нежным половым губам, пихаю его внутрь моей обожаемой девочки.

Какой же это невыразимый кайф — быть с ней, в ней, чувствовать ее ответное желание.

Снежана влажная, абсолютно ко мне готовая. Она стонет мне в рот, позволяя протиснуться в себя на полную длину.

Я настолько перевозбужден, что сдерживаться в принципе не в состоянии. Все, чего хочу, это безжалостно таранить ее собой. До фейерверков перед глазами, до оргазменных судорог, до полного изнеможения.

Радует одно — в нашем положении о контрацепции думать уже не нужно.

Я резко, с нажимом раз за разом в нее вхожу.